Тенденция к нарушению тождества единиц языка

Одним из следствий обособленности эволюционных процессов, протекающих в плане выражения и в плане содержания, является, как было сказано, несовпадение в членимости языковых планов на функциональные единицы. Другой результат этого процесса можно видеть в развертывании тенденции к варьированию единиц языка. Утрата тождества со стороны значения происходит независимо от нарушения тождества со стороны формы, и соответственно — наоборот. Стоит подчеркнуть, что эта особенность составляет универсальное свойство языковых знаков. «Фундаментальной чертой, присущей всем языкам, — писал Е. Курилович, — является отсутствие однозначного соответствия между звуковой формой слова и его значением» [16, 47].

Фонологизация позиционных чередований, ассимиляция и диссимиляция звуков в слове, явление сингармонизма, дифтонгизация, влияние словесного ударения на произношение звуков, в частности редукция неударных слогов, разрушение конца слова и многие другие …
процессы фонетического развития постоянно нарушают идентичность формы, не затрагивая ее значения. Ср. рук-а и руч-ной, хож и ход-ил, бег и беж-ал, исп. cont— ar — cuent— o , pens— ar — piens— o , ped— ir — pid— o , in— sano — im— posible — i— rregular , рум. t ar-a — ta r— an , dordoar— e , sor-a — sur — ori , merg — merg e.

Хорошо известные закономерности семантического развития, в свою очередь, подрывают тождество знака со стороны значения, не отражаясь в то же время на его форме. Ср. легенда ‘предание’ и легенда ‘объяснение условных знаков’, письмо ‘послание’ и письмо ‘письменность’, бык ‘животное’ и бык ‘опора моста’, свод ‘собрание’ и свод ‘перекрытие здания’ и т. п.

С другой стороны, звуковые и семантические изменения могут вести и к образованию новых тождеств. Этот процесс, спорадический, скорее, чем регулярный, также протекает в плане выражения независимо от плана содержания и соответственно — наоборот. В языке создается омонимия и омосемия. Ср. исп. real ‘царский’ (от лат. regalis ) и real ‘действительный’ (от лат. realis ), vago ‘свободный’ (от лат. vac u us ) и vago ‘бродячий’ (от лат. vagus ). Примером, иллюстрирующим одновременно оба явления, могут послужить парадигмы испанских глаголов ser ‘быть’ и ir ‘идти’, которые совершенно совпадают в одной части (формы претерита fui ,<186> uiste , fue , fuimos , fuisteis , fueron одинаковы для обоих глаголов), давая пример омонимии. В то же время в парадигме каждого из названных глаголов присутствует супплетивизм (ср. ser — soy , eres , fue ; ir — voy , fui , iba ), представляя образец омосемии (или гетерофонии).

Развитие языка создает весьма запутанные отношения между единицами плана выражения и единицами плана содержания. Нередки случаи возникновения частичного тождества, функционального совпадения разных единиц в определенных условиях (позиция взаимоисключения). Например, испанское сослагательное наклонение замещает будущие времена во временных предложениях. Ср. Yo lo har й cuando t ъ vengas‘Я это сделаю, когда ты придешь’, но ї Cu а ndo vendr б s‘Когда ты придешь’ и Dudo que t ъ veng as ‘Сомневаюсь, что ты придешь’. Одна и та же форма ( vengas ) соотносится с разными значениями: буд. вр. изъявит. накл. и непрошед. вр. сосл. накл. В то же время одно и то же значение (буд. вр.) выражено двумя формами ( vengas и vendr б s ), которые в данном случае совершенно совпадают по функции, входя в одну и ту же систему временных противопоставлений.

В языке постоянно происходит подстановка одних форм вместо других в определенных позициях, в которых формальные различия между элементами становятся несущественными для понимания их значения. Описанное явление чрезвычайно характерно для элементов, выражающих синтаксические отношения. Так, морфема род. п. в предложении Нет работы становится функциональным эквивалентом морфемы им. п. в предложении Есть работа.

Не менее, чем в синтаксисе перекрещивание функций распространено в словообразовании. Хорошо известно, что одно деривационное значение почти всегда обслуживается целой серией элементов. В испанском языке для образования имен со значением носителя признака используются элементы — udo и -у n Ср. narigudo , narig у n ‘носатый’. В то же время один и тот же суффикс почти всегда функционирует в разных семантических разрядах. Элемент- on в сочетании с основой существительного создает увеличительные имена ( mujerona ‘крупная женщина’, ‘ calder у n ‘ ‘большой котел’) и имена, указывающие на носителя признака ( orej у n означает не ‘большое ухо’, а ‘длинноухий’). Более того, есть случаи, когда производные с этим суффиксом получают значение отсутствия признака. Ср. rab у n означает уже не ‘большой хвост’ и не ‘хвостатый’, а ‘бесхвостый’. К этому можно еще прибавить, что в сочетании с основой глагола элемент — on образует существительные со значением однократного действия (ср. estrech у n ‘пожатие руки’) и деятеля (ср. trag у n ‘обжора’).<187>

* * *

Попытаемся теперь суммировать основные типы отношений между функциональными единицами содержания и выражения в их парадигматическом аспекте:

  1. Одной единице содержания соответствует одна единица выражения — отношения 1 : 1. Ср. научные термины типа натрий, азот, а также некоторые обиходные знаки: такси, паркет, пальто (имеются в виду корневые морфемы этих слов).
  2. Одной единице содержания соответствуют две или более единицы выражения. Этот тип связи, крайняя форма которой создает супплетивизм (иначе гетерофонию, или омосемию), может быть разбит на ряд подтипов:
    А. Единицы выражения находятся между собой в дополнительном распределении относительно единиц содержания:
    а) Различия между единицами выражения зависят от их фонологического окружения. Например , англ . table-s [z], part-s [s], coach-es [iz], фр . Grand Opera [gra:t] и grand peintre [gra:].
    6) Различия между единицами выражения обусловлены контактами знакового уровня (в частности — классом доминирующего элемента, например, типом основы). Ср. испанский суффикс имперфекта глаголов 1 и 2-3 спряжений habla — b-а и com — м— a . Ср. также англ. look — edи take — n, boy — su ox — en или русск. двер- и , окн- а ; дет- ей , ябло к -Ш, дура к ов .
    Б. Единицы выражения находятся между собой в отношении свободного варьирования. Ср. испанские дублетные формы имперфекта сосл. накл. habla — seи habla — ra, comie — seи comie — ra.
  3. Двум (или более) единицам содержания соответствует одна единица выражения — отношения 2 (или более) : 1. Примером могут послужить испанские глагольные формы на — r н a — habla — r н a , come — r н a , которые одновременно входят в три ряда значимых противопоставлений, передавая значения усл. накл., буд. в прош. и предположит. накл.
  4. функциональный элемент коррелирует с одной отдельной морфемой и с морфемой общей у него с другим значением. Этот тип отношений предполагает наличие в синтагматическом плане совместной манифестации. Ср . англ . take — took, eat — ate, see — saw, come — came, run — ran.
  5. Комбинированные отношения. Перечисленные типы отношений могут выступать в чистом виде, либо сочетаться между собой. Наиболее часто встречается комбинация второго и третьего типов, ведущая к созданию в языке цепочек частичных тождеств, типичных для языков флективно-фузионного типа.

Уже говорилось, что в испанском языке значение буд. вр. и наст. вр. сосл. накл. могут быть, в зависимости от синтаксических условий, выражены одной формой ( venga ). Между тем буд. вр. изъявит. накл. имеет и свою «собственную» форму ( vendr б), кото<188>рая способна передавать еще и значение предположительности, отнесенной к наст. вр. К этому можно добавить, что значение буд. вр. в некоторых синтаксических позициях выражается формой наст. вр. изъявит. накл. ( viene ). Описанную сеть отношений можно обобщить в следующей схеме.