Система


Читайте также:
  1. DTC: P1261 (Код мигания 158) Система привода в действие топливных форсунок common 1 неисправна
  2. DTC: P1262 (Код мигания 159) Система привода в действие топливных форсунок common 2 неисправна
  3. II) Система государственного регулирования оценочной деятельности.
  4. II/1. Единая система комиссионного взноса, оперативное описание системы рейтинга
  5. III. Система линейных дифференциальных уравнений 1-го порядка с постоянными коэффициентами.
  6. V1: Тема 1. Понятие, предмет, метод, принципы и система налогового права
  7. V1: Тема 6. Система налогов и сборов Российской федерации.
  8. VI. K-система
  9. VII. Система смазки редуктора
  10. VIII. ЯЗЫК – УНИВЕРСАЛЬНАЯ ЗНАКОВАЯ СИСТЕМА
  11. Авиационная система С-25-ОФМ-ПУ
  12. Автоматическая система управления трейдом (АСУТ), созданная в лаборатории одного из академических институтов.

 

 

2.1. Право как социальное явление

 

Рассматривая право как социальное явление, коллектив авторов учебника по юриди-ческой социологии под редакцией В.А. Глазырина (Юридическая социология / Под ред. В.А. Глазырина. М., 2000. С. 107-113.) отметил следующие моменты.

 

Право – это процесс и результат процесса, выражающий потребности функционирова-ния и развития общества. С социологической точки зрения, в праве важно и позитивист-ское начало, и непозитивистское. Так, право возникает естественным, стихийным спосо-бом, как язык. Оно не сводится к законодательству, в нем проявляется дозаконотворчес-кий и надзакопотворческий характер. Если признать, что право происходит от власти с нормативными признаками (в чем суть юридического позитивизма), то становится понятным, почему в XIX в. юристы отрицали существование международного права. Поскольку позитивисты исходят из того, что право производно от государства, то они также отрицают обычное право. На сегодняшний день ситуация изменилась: законодатель часто сам закрепляет в Конституциях приоритет норм международных договоров и обще-признанных принципов международного права перед нормами национального закона.

Право, возникнув из социальных взаимодействий, может становиться самостоятель-ной, иногда с трудом поддающейся управлению социальной силой, регулирующей общество. Тогда уже право диктует интересы и потребности в обществе, И если оно разрастется, то человек будет служить средством для обслуживания и удовлетворения его растущих аппетитов. Лозунг такого права — «Fiat justicia, perat mundus» («Пусть свершится правосудие, даже если погибнет мир»).

 

Право образуется и функционирует в процессе социального взаимодействия. Так, для Робинзона Крузо право было бессмысленно.

 

Право рассматривается через призму интересов людей, социальных групп. Оно начи-нается с притязаний, придания им юридической формы, создания правовых гарантий в реализации притязаний, так как декларативное право бессмысленно.

 

Право связано с типом организации социальной системы и ценностями, приоритетны-ми в обществе. Известны два типа общественной организации и социального регулирова-ния: системоцентризм и персоноцентризм. Системоцентризм – это тип организации общества, где человек есть средство осуществления так называемых общественных целей. Хотя в реальности это может быть интерес одной социальной группы. Например, в советское время под общественным интересом понимался интерес партократии. При персоноцентризме человек и его индивидуальный интерес являются высшей ценностью в обществе.



 

Выделяют три состояния в развитии права: стагнацию, революцию и эволюцию.

 

Примером стагнации в праве являются времена так называемого брежневского застоя. Стагнации характерно желание власти законсервировать достигнутое. Чаще всего стаг-нация является искусственным порождением власти.

В области права большинство обществ претерпевает более или менее равномерную эволюцию, которая сопровождает существование этого общества до его смены. Следует проводить различие между институтами частными и институтами государственными. Последние более хрупкие, поскольку их изменение часто сопровождается насилием и сильнее затрагивает чувства людей в сообществе. Институты частного права, напротив, переживают смутные времена без особых потрясений.

Понятие революции, к слову, парадоксальным образом правом игнорируется. Хотя революция, по сути, является не чем иным, как социальным и юридическим фактом, насильственным и резким сломом старой правовой системы. Революцию можно определить как тотальный или частичный слом правовой системы. Чаще всего и более всего она затрагивает публичное право. Кроме того, бывают чисто политические револю-ции (например, революция 1830 г. во Франции), когда меняется политическая элита, а право остается неизменным.

Идеи эволюционизма содержались уже в работах основателей социологии – О. Конта и Г. Спенсера. Теория же революционного развития права теоретически обоснована в социологии марксизма.

 

 

2.2. Право как информационная система

 

Основным вопросом при рассмотрении права как информационной системы является дилемма: «Относится ли право к крытой или к открытой системе?». Этот вопрос в разное время решался по-разному. Закрытость информационной системы права обеспечивает юридический позитивизм (формализм, объективизм) права. В праве как открытой системе преобладает юридический антиформализм (непозитивизм и субъективизм). Отметим недопустимость противопоставления одной позиции другой, поскольку никто из представителей позитивизма или непозитивизма не «стоит на чистых» позициях. В настоящее время маятник, где позитивизм и непозитивизм условно являются крайними позициями, качнулся в сторону формализма. Такой тип правопонимания характерен для стабильного состояния развития правовой системы общества.

 

В правовой науке не существует единой системы учений, относящихся к юридическому позитивизму (формализму) или непозитивизму (Зорченко Е.А. Общая теория права: Курс лекций / Е.А. Зорченко. Минск, 2002. С. 23.). Позитивизм в праве представлен, например, «чистым», нормативистским учением о праве Г. Кельзена и учением X.Л.А. Харта; этатическим учением Д. Остина, П. Лабанда, К. Бергбома, Г. Ф. Шершеневича; марксистско-ленинской теорией и другими.

Право в понимании формализма – это независимая вовне, автономная система абстрактных и общих норм. Это – полная система, не допускающая пробелов, уверенная в своих позициях, способная ограничить своих интерпретаторов (в первую очередь судей) чисто декларативной функцией, состоящей в механическом правоприменении нормы к юридическому факту.

Юридический формализм преобладал в первой половине XIX в. и породил француз-скую, германскую и англо-саксонскую школы права. Первая воспринимает право как нормы закона, изданные по воле законодателя. Так называемая «французская модель права» – это кодекс. В германской школе права правовые нормы выработаны учеными, юридической доктриной. «Германская модель права» выглядит как догматические конституции. Англо-саксонская школа права чаще всего под правом понимает норма-тивные принципы, провозглашенные в судебных решениях или прецедентах. Правовая модель этой школы представлена юридической казуистикой, прецедентами.

 

Юридический антиформализм (непозитивизм) преобладал во второй половине XIX в. Он представлен психологическим учением о праве, этическим учением Аристотеля, юридическим (либертарным, философским и естественно-правовым) учением о праве. В социологии права к представителям этого направления правопонимания относятся, например, Жени, Р. Иеринг, Е. Эрлих, Р. Паунд.

Право в понимании антиформализма есть открытая и зависимая от внешних факторов система, состоящая не столько из абстрактных и общих норм, сколько из конкретных решений, вынесенных согласно нормативным правовым принципам, свободно толкуемым, интерпретируемым. Эта система не имеет четкого установления норм и не способна ограничить судей и других толкователей, кроме как в чисто этическом плане. Право в антиформализме выступает как постоянное взаимодействие субъектов в их многообразии связей, интересов, конфликтов.

 

Социология права исходит из антиформализма настолько, что иногда право не выгля-дит как цельная система, полностью завися от бесконечных внешних факторов. В социо-логии право слабо систематизировано, особенно в микросоциологии. Микро-взаимодействие понимает юридические нормы как символическое выражение межсубъектного взаимодействия. Теория рационального выбора представляет право как правило, как производное от противоположных интересов в мире дефицита благ, как необходимое правило для предугадывания, рационального предвидения определенного поведения для снижения риска в деятельности. Здесь системный момент лежит глубоко, но он все же есть.

 

В макросоциологии право понимается по-разному, в зависимости от подхода. Различают конфликтологический и структурно-функциональный подходы к пониманию права. В конфликтологии (К. Маркс, Ф. Энгельс, М. Вебер) право есть отражение проекций действий социальной группы, субъективных и изменчивых, право есть инструмент социального контроля, в свою очередь, контролируемый руководящими слоями общества, элитой. В структурном функционализме (Э. Дюркгейм, Т. Парсонс, Н. Луман), где игнорируется социальное действие субъектов, где все очень схематично, право выступает закрытой системой. Э. Дюркгейм в описании двух форм социальной солидарности (механической и органической) настаивает на их независимости от производственной сферы. Т. Парсонс считает право социальной подсистемой, которая интегрирует общество и институализирует конфликты. Он считает право эффективным, если оно легитимно со стороны исполнителей. Н. Луман воспринимает право как закрытую систему: «Нет никакого права вне права». Юридические понятия получают свое значение только со ссылкой на другие юридические понятия, не выходя из юридической системы. Так, сделка есть декларация воли, направленная на установление, изменение и прекращение правоотношений. Из данного определения вытекает, что завещание и договор тоже относятся к видам сделок. Однако, оказывается, чтобы понять смысл отдельных актов, действий или отрывков коммуникаций внутри системы смыслов, необходимо выйти на внешний источник, возможно, входящий в структуру другой системы.

 

Таким образом, понятие открытой или закрытой системы относительно и условно. Н. Луман это объясняет так: «Системы между собой сообщаются через зоны взаимопроник-новения, и закрытость систем ограничивается их деятельностью, оперативностью. Системы воспринимают информацию из окружающей среды и усваивают, перерабаты-вают ее согласно своей специфике. Так, правовая система внешнюю информацию делит по критерию «право – неправо». Есть и полутона. Общая теория права веками вырабаты-вала понятия, стоящие на стыке «право — неправо»: дозволение, вина, авторизация и другие (Американская социология. М., 1972.). Н. Луман воспринимал людей, в частности, судей, как психологические системы, которые, решая дело, увеличивают сложность окружающей среды. Однако это противоречит аксиоме, что любая социальная система (правовая тоже) работает как редуктор сложности, т.е. направлена на упрощение. Р. Теубнер считает пра-вовые системы гиперциклическими закрытыми системами принятия решения, устанавли-вая, как надо решать, не говоря, что надо решать. Правовая система, как любая другая, если попадется неразрешимая имеющимися средствами проблема-парадокс, может отрицать сама себя.

 

Таким образом, предпочтительнее вернуться к классической социологии, где право воспринимается как открытая социальная система, зависящая от субъективизма дейст-вующих субъектов, с изменяющимися результатами, часто непредсказуемыми. Хотя понятия «открытость» или «закрытость» двусмысленны и требуют уточнения.

 

 

Вопрос 3: Социальная ценность права

 

Ценностью называют явление, идею, социальный институт, воображаемый или реаль-ный предмет, в отношении к которому индивиду или группе характерно уважение, стремление к обладанию. О.В. Степанов и П.С. Самыгин в общем смысле определяют ценность как желательное, предпочтительное для данного социального субъекта состоя-ние социальных связей, принципов и практики социальных взаимоотношений, критерий оценки социальных явлений.

 

Социальная ценность права заключается в его способности служить целью и средст-вом удовлетворения социальных, социально справедливых, прогрессивных потребностей и интересов граждан в обществе. Социальная ценность права состоит в следующем.

 

Право обладает инструментальной ценностью. Оно придает действиям людей организованность, устойчивость, согласованность, обеспечивает их подконтрольность. Тем самым право упорядочивает общественные отношения. Государственно упорядочен-ное общество не может без права, без закрепления форм собственности наладить произ-водство материальных благ и организовать их более или менее справедливое распре- деление. Право необходимо для поддержания динамического развития общества и его слагаемыми являются свобода индивидов, общественная стабильность и социальное регулирование, необходимое для обеспечения свободы и стабильности.

 

Право согласовывает частный и общий интересы. Закрепляя правообразующий интерес, оно способствует развитию отношений, в которых заинтересованы как отдельные индивиды, так и общество в целом. Право определяет поведение людей путем согласова-ния их специфических интересов. Оно не нивелирует частный интерес, не подавляет его, а сообразует с общим интересом. Поскольку право отвечает не за личный или особый интерес, а за обеспечение нормального функционирования всей системы общественных отношений, то в отличие от иных социальных регуляторов оно является формой выраже-ния всеобщих интересов.

 

Право является показателем уровня свободы в обществе. К слову, «среди ценнос-тей в русской культуре свобода является основной ценностью… обладание свободой определяет также уровень правовой культуры» (Бабенко А.Н. Правовая социализация как процесс усвоения правовых ценностей / А.Н. Бабенко // Государство и право. 2005. № 2. С. 105.). Отметим, что право не определяет свободу, а определяет ее пределы и ответственность за нарушение этих пределов. Опреде-ляя пределы свободы, одним регуляторам и ограничивая другие, право обеспечивает един-ство, непротиворечивость, сбалансированность всей системы социального регулирования. По мнению С. С. Алексеева, «именно право по своей исходной сути представляет собой образование, происходящее из жизни людей, которое логически и исторически предназна-чено быть институтом, призванным упорядочить свободу, придавать ей определенность и обеспеченность, а отсюда – человеческое содержание, истинно человеческую ценность» (Алексеев С.С. Философия права / С.С. Алексеев. М., 1998. С. 94-95.).

 

Право является универсальным социальным регулятором. Ни мораль, ни религия, никакой иной социальный регулятор не может преобладать над правом в упорядочении социальных отношений, поскольку только правовые нормы обладают такими признаками, как общеобязательность и государственное принуждение.

 

С другой стороны, соотношение права и иных социальных регуляторов в разных обществах в разное время решалось по-разному, и право могло иметь достойных «конку-рентов». Например, действующая ныне Конвенция о защите прав и основных свобод человека допускает ограничение прав человека по закону в случае противоречия справедливым требованиям морали.

 

• Кроме того, ценность права заключается в том, что через механизм закрепления взаимных прав и обязанностей право придает правовую определенность, прогнозность, правовые рамки для всех иных социальных регуляторов.

 

Помимо того, что само право в обществе обладает социальной ценностью, в силу этого оно активно формирует иные социальные ценности. Как писал Н.А. Бабенко, «без ценно-стного наполнения право останется пустой формой, недейственной и бессмысленной » (Бабенко А.Н. Правовая социализация как процесс усвоения правовых ценностей / А.Н. Бабенко // Государство и право. 2005. № 2. С. 105.).

 

Под правовыми ценностями в общем виде принято понимать свойства (признаки) права, значимые для людей и формирующие идеалы и побуждающие к действиям (Степанов О.В. Социология права / О.В. Степанов, П.С. Самыгин. Ростов н/Д, 2006. С. 63.). Правовое поведение зависит от личной оценки ценности правовых норм. В праве как нормативной системе иерархия цен-ностей прописана однозначно и заложена в нормах права. Но в общественном право-сознании и правовой культуре право и его применение рассматриваются как ценности, значимость и вес которых может не совпадать в различных группах и отклоняться от господствующих в обществе оценок. Правовые ценности включены в ценностно-норма-тивную систему индивида, группы, общества (Степанов О.В. Социология права / О.В. Степанов, П.С. Самыгин. Ростов н/Д, 2006. С. 99.). Отношение к социальным ценностям психологи называют социально фиксированными атитьюдами (Не путать с правовой установкой как поведенческой готовностью.).

 

Среди главных правовых ценностных ориентации, объединяющих право, государство и власть законов, можно назвать следующие идеальные цели:

• свободу (защиту от произвола сильных, а также наделенных властью);

• общее благо (обеспечение достойной жизни сограждан);

• справедливость, законность (власть законов, а не людей);

• равенство, предполагающее равное наказание, справедливое распределение благ и обязанностей.

 

Авторы монографии «Политико-правовые ценности: история и современность» отме-чают, что перечисленные ценности являются достаточными сами по себе, поддерживае-мыми и воспроизводимыми всем тем, что относится к гражданскому обществу (Политико-правовые ценности: история и современность / Под ред. В.С. Нерсесянца. М., 2000. С. 81-82.).

 

Осознание социальной ценности права, по нашему мнению, способно существенно поднять престиж права и закона. Престиж закона понимается В. М. Сырых как:

1) «признание гражданами и иными лицами закона в качестве источника, имеющего высшую юридическую силу»;

2) солидарность с его принципами и нормами права;

3) неукоснительное следование им в реальной жизни, в конкретных правоотношениях (Социология права / Под ред. В.М. Сырых. М., 2004. С. 412.).

 

 

Вопрос 4: Функции права в обществе

 

Социальные функции права – это обусловливаемые социальным назначением права направления его воздействия на общественные отношения. Как отмечают В.Н. Кудрявцев и В.П. Казимирчук, «функции права необходимо рассматривать и единой системе соци-ального управления и неразрывной связи с экономическими, собственно социальными, политическими и идеологическими факторами общественного развития» (Кудрявцев В.К. Современная социология права / В.Н. Кудрявцев, В.П. Казимирчук. М., 1995. С. 67.).

 

К социальным функциям права относятся интегративная, коммуникативная функции права, охранительная, регулятивная и функция социализации. Иногда выделяют воспита-тельную функцию права.

 

Интегративная функция – это ведущая функция сплочения всех социальных образований. Э. Дюркгейм отмечал: «Общество нуждается в интеграции и социальной солидарности». Т. Парсонс писал: «Под интеграцией я подразумеваю такие структуры и процессы, посредством которых отношения между частями социальной системы – людь-ми, играющими те или иные роли, коллективами и компонентами нормативных стандар-тов либо упорядочиваются способом, обеспечивающим гармоничное их функционирова-ние, в соответственных связях друг с другом в системе, либо, наоборот, не упорядочи-ваются, причем тоже каким-нибудь определенным объяснительным способом» (Американская социология. М., 1972. С. 364.).

 

Правовая система общества сплачивает все иные системы (экономические, политичес-кие и другие). Общество, представляющее собой сложный конгломерат различных, зачастую противоречивых, субъектов социального действия, находит свое единство именно в праве и государстве. Правовая система не должна ставиться выше самого общества, поскольку ее источник — народ (ст. 3 Конституции Республики Беларусь). В.В. Лапаева справедливо пишет: «Социальное единство на основе права – это единство различия, а не их отрицание и нивелировка» (Лапаева В. В. Социология права / В. В. Лапаева. М., 2000. С. 189-191.). Поскольку интеграция может быть достигнута разными способами, в том числе и принуждением в тоталитарном обществе, то право интегрирует общество, не унифицируя его. Правовая интеграция должна осуществляться не путем подавления различий и навязывания чьей-то политической воли, а посредством взаимоувязки многообразных интересов различных социальных субъектов, которые находят в праве защиту (Лапаева В. В. Социология права / В. В. Лапаева. М., 2000. С. 189-191.). Эта функция права нацелена на достижение объединяющего общество социального согласия через решение конфликтов в рамках всеобщей правовой формы. Разумеется, право – далеко не единственный социальный интегратор, но в силу своей абстрактности, обобщенности и универсальности оно являет-ся наиболее мощным из интеграторов.

 

Интеграция уравновешивается социальной дифференциацией. Так, право провозгла-шает принцип формального равенства, но никогда не ставит задачу достижения фактичес-кого равенства. Более того, оно закрепляет неравенство правовых статусов и их иерархию. Поэтому право всегда иерархично. Интегративная функция права заключается в его роли в удержании общества от чреватых распадом и аномией конфликтов.

 

Интеграция и конфликт (дифференциация) – это два неотъемлемых слагаемых соци-ального действия. Людьми движет кооперация и личный интерес одновременно. Так, в конфликтных ситуациях, например, двое «дружат» против третьего, а позже против друг друга. В социологии выделяют такие типы кооперации: семья, партии, профессиональные группы и прочее. Современное общество характеризуется высоким уровнем конфликт-ности (скрытой или явной). Поэтому использование институциональных практик должно быть направлено на смягчение социальных конфликтов.

И, наоборот, типично конфликтные виды социального действия (от судебной тяжбы до избирательной кампании или войн) вырабатывают механизмы кооперации. Даже самые жестокие войны следуют правилам ведения войны, пусть минимально. Нарушение этих правил (например, уничтожение пленных) вызывает протест и считается военным преступлением. Интеграция интересов и совместное действие, пусть кратковременное, наблюдается во всех социальных группах. Без кооперации нет ни одной социальной организации или института, которые распознают «своих» и «чужих», что является показателем внешнего конфликта. Случается и внутренний конфликт, между «своими». Говорят также о «конфликте всех против всех».

 

Сейчас наблюдается все большая дифференциация общества. Ранее человек по рождению принадлежал к определенному клану, социальному слою, и его переход в иной клан или слой был крайне затруднителен. Это – общество строгой стратификации. Сейчас общественная структура очень подвижна. Социальные группы становятся все мельче и более специализированными. Наблюдается постоянный переход по социальной лестнице из одной социальной группы в другую. Процессы стратификации особенно ускорились в XX в., в техногенном обществе. Если ранее конфликт и кооперация были более простые по форме, то сейчас, в постиндустриальном обществе существуют сложнейшие формы конфликтов и кооперации. Это объясняется отсутствием противостоящих классов по типу пролетариев и буржуа и наличием так называемых «групп интересов», которые являются потенциальными группами конфликтов («зеленые», ветераны, молодежные неформальные организации и другие).

 

Таким образом, право как никакой другой социальный институт колеблется между кооперацией и конфликтом. С одной стороны, оно регулирует конфликты, способствует кооперации. С другой стороны, право, как ничто иное, порождает конфликты и действует как дезинтегратор. В любом обществе всегда имеется дефицит социальных благ: всего на всех не хватает, поэтому все мы «стоит в очереди за благами». Напомним, что дезинтегрирующее действие права необязательно связано с неуправляемым законо-творчеством, когда, по словам О.В. Степанова и П.С. Самыгина, «процесс законотворчест-ва идет сам по себе, причем в небывало бурных формах, а жизнь – сама по себе» (Степанов О.В. Социология права / О.В. Степанов, П.С. Самыгин. Ростов н/Д, 2006. С. 59.).

 

Коммуникативная функция права обусловлена тем, что социальная жизнедеятель-ность сопряжена с получением, восприятием, переработкой и усвоением информации. Термин «правовая информация» возник в связи с развитием автоматизированных информационных служб в области права. Правовая информация – это часть социальной информации и преимущественно имеет предписывающий характер. При помощи правовых норм до сведения участников общественного отношения доводится позиция государства. Граждане информируются о средствах и способах достижения необходимых результатов, о последствиях нарушения правовых предписаний.

Правовую информацию можно воспринимать как:

1) то, что усваивается в процессе приобретения знания права;

2) социальную информацию, в нормативной форме отражающую специфические – правовые – отношения.

В широком смысле это – весь объем официального нормативного материала, необхо-димый для решения вопросов в правотворческой и правореализационной деятельности. Надо помнить, что реально в правореализационной деятельности действует очень малая часть правовых норм. Е. Эрлих установил, что это примерно одна треть всех правовых норм. В узком смысле правовая информация является нормативным материалом (от законов до индивидуальных правоприменительных актов).

 

Специфичность правовой информации заключается в том, что она носит общеобяза-тельный характер и в отличие от простого сообщения ее информационное воздействие рассчитано на убеждение, усвоение норм поведения потребителем. В отличие от внуше-ния, принуждения правовая информация основывается на системе доказательств и пред-полагает осознанное отношение к ней. Вынужденное принуждение в праве исходит толь-ко от специализированного органа и выполняет сознательно установленную функцию.

 

Убежденность в правильности правовой информации – это важная черта правосозна-ния, это сплав знаний и ценностных отношений к праву, идейный мотив целенаправлен-ной деятельности. Выделяют стадии приобретения убежденности:

— пробуждение интереса к информации;

— превращение пассивного интереса в активный (осознание, что человеку это нужно лично);

— побуждение личности к занятию определенной позиции.

 

Именно устойчивая психологическая оценка составляет основу привычки, навыка, автоматизма в соблюдении правовых норм. Нормы должны быть переведены на язык эмоций, и только тогда они формируют поведение. Личность не является простым потре-бителем информации, она – ее интерпретатор и носитель. Причем социальная обработка правовой информации весьма существенна и рассчитана на высокий образовательный уровень ее потребителя. Долгое время механизм восприятия правовой информации упрощенно считался непрерывным процессом накопления некой суммы знаний о праве, а психологическое воздействие, влияющее на ее усвоение, игнорировалось.

 

Всю правовую информацию можно классифицировать по определенным критериям:

— по направленности информационныx потоков выделяют вертикальную информацию (сведения о праве, исходящие от государственных органов для должностных лиц и граждан, и, наоборот, поступающая в государственные органы) и горизонтальную (сведе-ния о праве, распространяемые в межличностном общении в коллективах и малых социальных группах);

— по систематизированности информации выделяют систематизированную и несисте-матизированную;

— по способам получения различают информацию, полученную в процессе обучения и в процессе социальной практики;

— в зависимости от источника известны официальная, неофициальная и официозная (полуофициальная) информация.

 

Правовая информированность обеспечивается тем, что само законодательство излага-ется не казуистически, а как можно более доступно (согласно требованиям юридической техники и систематизации). Кроме того, имеется широкая сеть оповещения о новом законодательстве в СМИ. Созданы автоматизированные системы накопления и поиска правовой информации. Однако все это не гарантирует правовую информированность граждан по причине сложного разветвленного отраслевого законодательства. Парадокс заключается в том, что при почти всеобъемлющем законодательстве граждане страдают от отсутствия необходимой информации и от ее переизбытка одновременно. Правовую информацию в таком случае сложно использовать, а ведь это ее основное назначение. Поэтому полагаем, что следует пересмотреть отношение к созданию всеобъемлющего законодательства в сторону его либерализации и упрощения, а значит, сокращения нормативного массива.

 

Социологические опросы выявили такие способы информирования населения о праве (по убыванию использованности), как:

• передача текста нормы через СМИ (42-63 %);

• общение с окружающими (13 %);

• специальное уведомление заинтересованных лиц и учреждений; непосредственное ознакомление с текстом по личной инициативе;

• официальный запрос в центр правовой информации;

• обращение к эксперту или юрисконсульту.

 

Напрашивается вывод, что граждане лучше усваивают общие требования закона, чем частные и специальные. 14 % опрашиваемых ограничиваются либо простым прочтением текста документа, либо пассивным прослушиванием. Примечательно, что в юридическую консультацию граждане обращаются в последнюю очередь (Кудрявцев В.Н. Современная социология права / В.Н. Кудрявцев, В.П. Казимирчук. М., 1995.).

Заметно влияние коллектива на восприятие индивидом правовой информации. В оцен-ке правовой информации важна роль лидера группы или иных лиц, обладающих престижем. Внутригрупповые ценности влияют также на лиц вне группы. Если правовая информация совпадает с внутригрупповыми ценностями и нормами, то она легче усваива-ется. Если она противоречит внутригрупповым ценностям и нормам, то ее успех зависит от убедительности пропаганды в доказуемости правильности и полезности такой инфор-мации.

Согласно исследованиям криминолога Исаева, возможны следующие факторы, влия-ющие на соблюдение уголовно-правовых запретов (Кудрявцев В.Н. Современная социология права / В.Н. Кудрявцев, В.П. Казимирчук. М., 1995.) :

 

Наименование фактора мужчины, % женщины, %
Совесть не позволила
Страх наказания 19,6
Неловко перед людьми 3,8
Из отвращения к поступку
Принципиально 19,6
По нерешительности 1,9

Таким образом, строгость наказания все-таки является одним из факторов, сущест-венно влияющих на поведение. Очевидно, однако, что воздействие страхом – не метод воспитания. Для соблюдения норм права важнее правовая культура и наличие справедли-вого неотвратимо наступающего наказания.

 

Охранительная функция права определяется необходимостью защиты обществен-ных отношений, интересов частных (в первую очередь, элиты) и общих. В рамках осуще-ствления этой функции реализуется правовая ответственность. Необходимо помнить, что чем строже запрет, тем больше ресурсов необходимо для соблюдения, поскольку число контролирующих органов, налагающих штрафные санкции, увеличивается. С развитием общества даже такие типичные отрасли репрессивного характера, как уголовное право, все больше заимствуют черты реститутивного права.

Отметим, что у права нет карательной функции. Однако карательная функция есть у юридической ответственности, и почти все типичные нормы права имеют санкцию как структурную часть. Правда, в социологии права санкция может быть равно позитивной или негативной, в то время как юристы традиционно под санкцией понимают лишь негативные последствия за правонарушения.

 

Иногда – например, В.В. Касьянов и В.Н. Нечипуренко (Касьянов В.В. Социология права / В.В. Касьянов, В.Н. Нечипуренко. Ростов н/Д, 2001. С. 265-267.), В.В. Лапаева (Лапаева В.В. Социология права / В.В. Лапаева. М., 2000. С. 191-193.) – выделяют социализирующую функцию права. Некоторые другие ученые (например, О. В. Степанов и П. С. Самыгин) выделяют только воспитательную функцию права. Целенаправленный и организованный процесс воспи-тания и стихийное усвоение правового опыта и знаний являются неотъемлемыми элемен-тами общего процесса социализации. В этом смысле воспитательная функция права есть часть социализирующей функции. Но, говоря о социализации, имеют в виду усвоение индивидом правовых ценностей, знаний и правового опыта, осуществленное любым обра-зом. В силу этого, на наш взгляд, целесообразнее отдельно говорить об общей для права социализирующей и воспитательной функциях. Каждая из них имеет свой аспект. Поскольку социализирующая функция будет рассмотрена далее, то в данном случае рассмотрим воспитательную функцию.

 

Воспитательная функция тесно связана с охранительной функцией права и предпола-гает его воздействие на сознание людей с целью выработки у них уважения к действу-ющему праву и установок на правомерное поведение. Воспитательная функция осущест-вляется государством и обществом с помощью таких средств, как наличие определенных стимулов правомерного поведения, выработка у граждан уважительного отношения к действующему праву (Степанов О.В. Социология права / О.В. Степанов, П.С. Самыгин. Ростов н/Д, 2006. С. 61.).

 

По нашему мнению, воспитательная функция не выступает самостоятельной функцией права, а является лишь частью функции социализации. Воспитательная функция указыва-ет на целенаправленность воздействия права, т.е. его носителей, на усвоение принятых в обществе и государстве правовых норм поведения и других, связанных с ним ценностей.

 

Регулятивная функция права выражается в наделении субъектов правоотношений определенной суммой прав и обязанностей по отношению друг к другу, к государству и его органам. В отличие от правовой доктрины в социологии права регулятивная функция является одной из вспомогательных функций, а не основной. Она гиперболизируется при административно-командной системе, когда путем принуждения государство стремится к регулированию всех сторон жизни общества.

Регулятивная функция права в обществе сводится не только к установлению запретов, дозволений, обязанностей, но и к созданию позитивных стимулов, гарантий развития гражданско-правовой активности. Хотя основу регулятивной функции оставляет государ-ственная правотворческая деятельность, упорядоченная и систематически осуществляя-емая, но в праве всегда будут существовать пробелы и коллизии. К тому же общество может опережать государство в правотворческой деятельности. Поэтому социальное регулирование не заканчивается правотворчеством, а «доукомплектовывается» через решения должностных лиц и органов, применяющих право. К слову, основное правовое регулирование осуществляется не на уровне закона, а на подзаконном уровне. К тому же социология права понимает правотворчество широко, включая в него дозаконотворческое правообразование.

Однако регулятивную функцию права невозможно переоценить. Право является не единственным, но важнейшим социальным регулятором, упорядочивающим, в свою оче-редь, действие других социальных регуляторов. Такая способность права объясняется его опорой на правообразующий интерес. Поэтому правовым является такое общество, в котором правовой способ разрешения социальных конфликтов признается единственно возможным.

 

В российской правовой мысли право и мораль всегда противопоставлялись. Причем, выигрывала, в отличие от западноевропейской традиции, мораль. В.С. Нерсесянц отмеча-ет, что морализация закона так же ошибочна и вредна, как и огосударствление или узаконивание морали. Закон должен быть правовым, а не моральным или религиозным.

 

Выделяют следующие способы социального регулирования поведения людей: побуждение, принуждение и понуждение.

 

Побуждение – это метод социального регулирования, обращение к психической сфере (чувствам, привычкам, эмоциям), убеждающий в выгодности определенного поведения.

 

Принуждение выступает способом воздействия, основанным на угрозе или реализации угрозы, когда социально необходимое или желаемое поведение достигается через насилие в отношении к девиантам.

 

Понуждение является методом регулирования, основанным на материальном или ином стимулировании. Как правило, в социальном регулировании задействованы все методы в различных комбинациях или в отдельности.

 

В целом, говоря о социальных функциях права, отметим, что социальная значимость и эффективность правовой системы во многом определяются ее способностью удовлет-ворять потребность в интеграции, организации, стабилизации, достижении социального согласия и устойчивого развития (Степанов О.В. Социология права / О.В.Степанов, П.С.Самыгин. Ростов н/Д, 2006. С.58.).