Раздел 1 Фонетическая норма

Введение

 

«С лингвистической точки зрения устная форма языка первична, а письменная вторична. Однако процесс становления норм устной формы национального языка более длительный, чем процесс становления норм письменной формы. Установление норм устной формы языка является более высокой ступенью развития нормализованного языка» [2, 30].

Нормы письменной речи описаны и изучены достаточно хорошо, а вот нормы устной речи вызывают дискуссии. Это вызвано рядом факторов, таких как влияние молодежного жаргона, воспитание, образование, появление новых диалектных слов. Например, наиболее подверженными изменениям оказываются нормы постановки ударения в слове.

«В языковедении (от античности и примерно до конца 18 в.) существовало представление о том, что язык – это хаос; в связи с этим задачи языковедов (задача грамматики в широком понимании) …
состоит в том, чтобы внести в язык определённый порядок. Всё языковедение рассматривалось как наука нормативная. <…> Что же касается нормы, то до сих пор остаётся в значительной степени открытым вопрос о том, существует ли норма в самом языке или она вносится в язык извне, иначе говоря, противопоставляется ли норма кодификации или норма нераздельна с кодификацией <…>

«Нормативная» точка зрения на язык – это убеждение в существовании общеобязательной нормы для каждого языкового явления и, что представляется особенно важным, в необходимости этой нормы для существования языка. Норма – принятое обществом употребление («правильно то, что общепринято»[1]), свод правил, одобренных обществом, соответствующих языковому идеалу говорящих, то есть категория социальная, а не лингвистическая. По существу н6орма, при таком понимании неразрывна с кодификацией или, более того, норма — это кодификация[2]» [2, 5-6].

 

Раздел 1 Фонетическая норма

 

Языковая норма относительно стабильна, но в то же время исторически изменчива и гибка. «Языковые нормы – явление историческое. Их появление обусловило формирование в недрах национального языка обработанной и письменно закрепленной разновидности, – языка литературного. Национальный язык – общий язык всей нации, охватывает все сферы речевой деятельности людей. Его высшей формой является литературный – язык нормированный, обслуживающий культурные потребности народа, язык художественной литературы, науки, печати, радио, театра, государственных учреждений.

Языковая норма имеет следующие особенности:

1) устойчивость и стабильность, обеспечивающие равновесие системы языка на протяжении длительного времени;

2) общераспространенность и общеобязательность соблюдения нормативных правил как взаимодополняющие моменты «управления» стихией речи;

3) литературная традиция и авторитет источников (при этом следует помнить об авторской индивидуальности, способной нарушить нормы, что является оправданным);

4) культурно-эстетическое восприятие языка и его фактов; в норме закреплено все лучшее, что создано в речевом поведении человечества;

5) динамический характер, обусловленный развитием всей системы языка, реализующейся в живой речи;

6) возможность языкового «плюрализма» как следствие взаимодействия традиций и новаций, стабильности и мобильности, субъективного и объективного, литературного и нелитературного»[8].

К фонетическим нормам относятся нормы произношения звуков и их комбинаций, а также нормы постановки ударения. Аспекты произносительной нормы изучают орфоэпия и орфофония[3].

«Знание орфофонии особенно важно при овладении произношением иностранного языка; во многих случаях полезным оказывается сравнение артикуляции того или много звука, изучаемого языка с артикуляцией родного языка учащегося. <…>

Орфофонические различия, в фонетических характеристиках фонем, часто носителями языка не осознаются. Вместе с тем диалектные и просторечные влияния чаще всего проявляются не в нарушении фонемного состава слова, а в изменении фонетических характеристик фонем, в искажении звуковой реализации фонем (например, недостаточная редукция безударных гласных, смягчение согласного [с], недостаточная мягкость [č] и т.п.)» [2, 27 — 28].

Основными аспектами орфоэпии являются:

· Соотношение произносительной и начертательной норм («буквенное» произношение становится более частым, что является отклонением от нормы);

· Фонетическая адаптация фонетической речи (например, в слове менеджер [м] и [н] твёрдые, хотя по фонетической норме должны быть мягкими.

Орфоэпические нормы регулируют произношение звуков в разных фонетических позициях и в сочетаниях с другими звуками. При исследовании произносительной нормы наибольшее значение имеет орфоэпическая вариантность. Орфоэпические правила являются очень важными для общения, так как благодаря им говорящие могут легко и быстро понять друг друга. Неправильное произношение слов отвлекает слушателя от содержания речи говорящего и этим мешает их общению. Поэтому орфоэпия играет значительную роль, такую же, какую орфография имеет для письменной речи.

Над вопросом о том, что такое орфоэпия и за какие аспекты фонетики она отвечает, задумывались разные учёные, в частности М. Б. Попов в своей работе «Фонетика современного русского языка».

«Дискуссионным остается и вопрос об объеме понятия «орфоэпия». Здесь можно выделить несколько проблем. Некоторые лингвисты считают, что в отличие от собственно фонетики, изучающей общие закономерности фонетической системы, которые носят массовый характер и не знают исключений, орфоэпия занимается отклонениями от этих общих закономерностей и исключениями из правил, внесистемными случаями, единичными явлениями[4]. При таком подходе правила реализации фонемы /а/ в позиции под ударением, в 1-м ([]) и 2-м ([ə]) предударных слогах (ср. /gala’va/ → [gə’vɑ] головá) и правила чередования ударного /о/ с безударным /а/ (ср. /gala’va/~/’gоlavu/~ / galof/ головá — гóлову — голóв) будут находиться в ведении фонетики, а произношение безударного /о/ в словах /po’et/ поэт, /bo’mont/ бомонд и т. п. войдет в сферу орфоэпии[5].Большинство фонетистов, впрочем, придерживаются традиционной точки зрения, согласно которой в орфоэпию включается вся фонетическая система литературного произношения: состав фонем, правила реализации фонем в определенных фонетических позициях и оформление звуковых оболочек конкретных словоформ в соответствии с этими правилами. Такой подход не в последнюю очередь обусловлен тем, что вариантность пронизывает всю фонетическую систему и довольно трудно отделить «системные» явления от «несистемных». Кроме того, учет в орфоэпическом описании всей фонетической системы языка диктуется и некоторыми практическими задачами орфоэпии. Так, при обучении литературному произношению людей, в речи которых имеется диалектный субстрат, необходимо именно системное сопоставление диалектной фонетики и произносительной нормы литературного языка, различие между которыми часто затрагивает и состав фонем, и правила их реализации по позициям, т. е. именно системные явления» [9, 244 — 245].

Аванесов считал, что ударение выполняет важную роль. «Известно, что в русском языке только под ударением гласные произносятся наиболее определённо и со всеми ему присущими свойствами. Вне ударения он подвергается значитьельным изменениям. Отношение к ударению определяет качество безударных гласных, всегда в русском языке в той или иной мере подвергающихся редукции, сокращению, а во многих случаях также изменения в своём качестве. Так, например, в одной и той же корневой морфеме дом под ударением звучит сильная фонема [о] [дом], , в первом предударном слоге слабая фонема [/] [д/ма, д/моф],в заударном слоге звучит слабая фонема [Ъ] [надъм]» [1,80].