Крашенниников

Русский ученый, путешественник, исследователь Камчатки, С.П. Крашенинников родился 31 октября (11 ноября) 1711 года в Москве. Сын солдата лейб-гвардии Преображенского полка, Степан в 1724 году был отдан на учебу за казенный счет в класс философии Славяно-греко-латинской академии при Московской духовной академии. В то время это было единственное в России высшее учебное заведение общеобразовательного типа. Там он учился до 1732 года, получив хорошее образование и блестяще освоив латинский и греческий языки. Здесь же начинал в 1731 году учебу Михаил Ломоносов, вспоминавший впоследствии: "Имея один алтын в день жалованья… нельзя было иметь на пропитание в день больше, как на денежку хлеба и на денежку квасу, протчее (одна денежка) на бумагу, на обувь и другие нужды, таким образом …
жил я пять лет и наук не оставил". "Не оставил наук" и Степан Крашенинников, получая в месяц 30, а последние два года — 40 алтын. В декабре 1732 года в числе двенадцати лучших учеников старших классов по указу Сената он был отправлен в Петербург, в Академическую гимназию при Петербургском университете для подготовки к участию в экспедиции на Камчатку. В Академии наук, проверив знания, отобрали пять лучших учеников, в числе которых был Крашенинников. Несколько месяцев студентам читали лекции по географии, ботанике, физике, зоологии и другим наукам. После испытаний, решением Собрания Академии наук, Крашенинников был зачислен студентом в состав академического отряда Второй Камчатской экспедиции под руководство профессоров натуралиста И.Г. Гмелина (1709-1755), историка Г.-Ф. Миллера (1705-1783) и астронома Л. Делиль-де-ла-Кройера (1688-1741). Одной из задач экспедиции было исследование малоизученных территорий Сибири и Камчатки. "Из отправленных в экспедицию сию один удался — Крашенинников, а прочие от худого присмотра все испортились", — с горечью писал позже Ломоносов.

В составе этой "при академической свите Камчатской экспедиции" 8 августа 1733 года студент Крашенинников выехал из Петербурга в Сибирь, в путешествие, принесшее ему мировую славу. В пути через Урал и Сибирь ученые проводили исторические, географические изыскания, изучали флору, фауну, интересовались бытом и жизнью населения. Степан Крашенинников помогал натуралисту Гмелину в сборе гербария. Вскоре академики стали поручать ему самостоятельные маршруты. Так, во время следования экспедиции по Алтаю ему поручили описать Колыванские заводы. Путевой дневник, который он вел, и его отчеты о путешествии содержат сведения по ботанике, этнографии, зоологии, истории, географии Сибири, словари тунгусского и бурятского языков. Вместе с Гмелиным они наладили в Енисейске регулярные метеорологические наблюдения, анатомировали дотоле неизвестных науке малых мускусных оленей, привезенных из Саян, отправили в Петербург кости "зверя кабарги". Студенту было поручено организовать исследование двух пещер и наскальных рисунков первобытных людей. Так Крашенинников стал одним из первых русских спелеологов. Он описал слюдяные месторождения на побережье озера Байкал, минеральные источники в бассейне рек Баргузин, Онон и Горячая, соляные источники на двух притоках р. Вилюя; проследил степь от Байкала до верховьев р. Лена и более 2100 км её течения — вплоть до г. Якутска.

В Якутске Камчатская экспедиция зазимовала. Впереди была самая трудная часть путешествия — изучение Камчатки. Добравшись до Якутска, академики "рассудили за благо послать на Камчатку наперед себя надежного человека для учинения некоторых приготовлений… и в сию посылку выбрали господина Крашенинникова". Позднее, сославшись на плохое здоровье, академики отказались от поездки, написав в Петербург, что с исследованием Камчатки справится один Крашенинников, а им и в Сибири хватит работы. В июле 1737 года академики отправили Крашенинникова на Камчатку, пообещав, что вслед за ним тоже прибудут туда. Они даже поручили ему выстроить для них дом в Большерецком остроге. Труден был путь от берегов реки Лены до Охотска. Наконец, через полтора месяца караван спустился к Тихому океану. По приезде в Охотск Крашенинников сразу же взялся за изучение края. Он приступил к исследованию приливов и отливов, организовал метеорологические наблюдения, привел в порядок свой дневник, изучал флору и фауну в окрестностях города. Перед отъездом на Камчатку он направил в Якутск рапорт, в котором описал путь из Якутска в Охотск и дал описание зверей, птиц и некоторых наиболее интересных растений.

4 (16) октября 1737 года молодой ученый на парусном судне "Фортуна" отправился на Камчатку. Во время жестокого шторма судно чуть не погибло. Для спасения людей были выброшены за борт почти все грузы, в том числе сумки с продовольствием, бумагой и чемодан с бельем. "И больше у меня не осталось, как только одна рубашка, которая в ту пору на мне была", — писал студент приехав на Камчатку. Крашенинников вместе с другими пассажирами и командой жил на песчаной косе, которую заливало водой. Из устья реки Большой на долбленых лодках Крашенинников с большими трудностями поднялся вверх по реке, до Большерецкого острога — центра управления Камчаткой. Так оказался он в 1737 году на Камчатке не скромным помощником, а самостоятельным исследователем. В невыносимо трудных условиях путешествовал по Камчатке, проводил научные исследования, метеорологические наблюдения, изучал быт, традиции и обычаи ительменов и коряков, наносил на карту пройденные маршруты. Приступая к изучению Камчатки, молодой ученый составил план географического описания полуострова, а для изучения народа, его быта, промыслов решил собрать все сведения "о вере, житии и о прочих поведениях жителей". Сотни вопросов были поставлены ему в 89 параграфах инструкции, переданной академиками при отъезде из Якутска. Исследовательскую работу, которой хватило бы на несколько экспедиционных отрядов, пришлось выполнять одному.

Составляя историю Камчатки с момента прихода сюда русских, Крашенинников разыскивает самых старых ее жителей. Подбирает себе помощников из местных служилых людей — Степан Плишкин, которого он научил ведению "метеорологических обсерваций", был одним из первых его помощников. Когда Плишкин мог уже самостоятельно вести метеорологические наблюдения, Крашенинников оставил его в Большерецке, а сам на собачьих нартах в январе 1738 года выехал исследовать горячие ключи на притоке реки Бааню. "Будучи у горячих ключей, сочинил я описание оным ключам на латынском языке и сделал план, а теплоту оных освидетельствовал термометром, которое описание и план при сем репорте прилагаются", — писал Степан Петрович после этой поездки, отсылая очередное донесение ученым в Якутск. От горячих ключей Крашенинников отправился к Авачинской сопке. Из-за глубокого снега и густых лесных зарослей не удалось подъехать к самой горе и пришлось наблюдать извержение вулкана издали. "Помянутая гора, — писал он, — из давных лет курится беспрестанно, но огнем горит временно. Самое страшное ее возгорение было в 1737 году, по объявлению камчадалов в летнее время, а в котором месяце и числе, того они сказать не умели; однако ж, оное продолжалось не более суток, а скончалось извержением великой тучи пеплу, которым около лежащие места на вершок покрыты были". Отправив 10 (22) марта 1738 года Степана Плишкина с толмачом Михаилом Лепихиным в "Курильскую землицу" (на Курильские острова) за сбором материала, Крашенинников сам уезжает на юг Камчатки, где исследует горячие ключи на реке Озёрной.

Через два дня по приезде Крашенинникова в Большерецк вернулся Плишкин. Он побывал на мысе Лопатке, откуда ездил на первый и второй Курильские острова. С ним приехали два жителя Курильских островов. От них Крашенинников узнал об этих дальних островах, составил словарик слов языка островитян и расспросил об их обычаях и вере. Посылая рапорты в Якутск, студент заодно отправляет собранные экспонаты: образцы трав, чучела зверей и птиц, "иноземческое платье" и предметы домашнего обихода. Крашенинников проводит на Камчатке сельскохозяйственные опыты; весной он сеет разные травы и ячмень, сажает овощи. Развивая кипучую исследовательскую деятельность, молодой ученый живет в страшной нужде. В одном из писем он упоминает, что ему пришлось поселиться в холодной маленькой каморке, в которой зимой "…ради стужи, так и ради угару жить невозможно". В другом письме он пишет: "Я ныне в самую крайную бедность прихожу, оставший провиант весь издержался, а вновь купить негде, а где и есть, то ниже пяти рублев пуда не продают, а у меня деньги все вышли… А одною рыбою хотя здесь и в долг кормить могут, однакож к ней никак привыкнуть по сие время не мог… То покорно прошу о присылке ко мне провианта, и о произведении здесь жалованья милостивейшее приложить старание, чтоб мне здесь не помереть голодом".

29 ноября (11 декабря) 1738 года Крашенинников отправился в большую поездку по Камчатскому полуострову. Находясь в Нижне-Камчатском остроге, Крашенинников успел съездить к устью реки Камчатки. Во время поездки на теплые ключи он побывал у Ключевской сопки, про которую впоследствии писал: "Камчатская гора (Ключевская сопка)… всех, сколько там ни есть, гор выше… Дым из верху ее весьма густой идет беспрестанно, но огнем горит она в семь, в восемь и в десять лет; а когда гореть начала, того не запомнят". Описывая со слов жителей извержение вулкана, Крашенинников пишет: "Вся гора казалась раскаленным камнем. Пламя, которое внутри ее сквозь расщелины было видимо, устремлялось иногда вниз, как огненные реки, с ужасным шумом. В горе слышан был гром, треск и будто сильными мехами раздувание, от которого все ближние места дрожали. Особливой страх был жителям в ночное время: ибо в темноте все слышнее и виднее было. Конец пожара был обыкновенной, то есть извержение множества пеплу, из которого однакож немного на землю пало; для того что всю тучу унесло в море".

18 (30) марта 1739 года Крашенинников из Нижне-Камчатского острога отправился в обратный путь. По приезде в Большерецк измученного пятимесячной трудной поездкой Крашенинникова ожидала большая неприятность: служилый Степан Плишкин "в небытность мою в Большерецку означенные обсервации с великим нерадением чинил". Ученому пришлось отказаться от нерадивого помощника, на место которого к нему прикомандировали служилого Ивана Пройдошина. Для продолжения наблюдений над приливами и отливами Крашенинников ездил с новым помощником в конце мая 1739 года в устье реки Большой. Осенью 1739 года он снова отправляется в далекое путешествие по полуострову. На лодке он поднимается вверх по реке Быстрой, перебирается к верховьям реки Камчатки и по ней опять плывет до Нижне-Камчатского острога. Прибыв в острог, Крашенинников беспокоится о постройке "хором", все еще наивно ожидая приезда профессоров. Здесь ученый записал подробные сведения о северном сиянии, которое было хорошо видно в марте 1739 года. Путешествуя по Камчатскому полуострову, ученый останавливался в селениях ительменов, интересовался жизнью и бытом народа, у которого в то время сохранялся первобытно-общинный строй. Основными занятиями ительменов были охота и рыбная ловля, они не знали железа и пользовались орудиями из камня и кости. Ительмены полюбили доброжелательного русского ученого. Хотя его работа не всегда была им понятна, они чувствовали, что он занят полезным делом.

В январе 1740 года Крашенинников отправился из Нижне-Камчатского острога на собачьих нартах по берегу океана к северу. В дороге он наблюдал "шаманство после нерпичьего промысла", со слов одной женщины составил словарь коряцкого народа, живущего на Карагинском острове. С устья реки Караги путешественник пересек перешеек Камчатского полуострова, проехал по западному побережью до реки Тигиль и оттуда 14 (26) февраля 1740 года прибыл в Нижне-Камчатский острог. Весь круговой маршрут по северной части Камчатки Крашенинниковым был точно описан. Много внимания он уделил изучению жизни и быта коряков. Отдохнув 10 дней в Нижне-Камчатском остроге, Степан Петрович отправился в обратный путь, в Большерецк. В августе Крашенинников совершил поездку на реку Начилову за жемчужными раковинами, а в конце месяца тяжело заболел, "так что временами сидеть не мог".

Только 20 сентября (2 октября) 1740 года прибыли на Камчатку для участия в плавании Беринга и Чирикова к берегам Северной Америки адъюнкт Академии наук Георг Стеллер (1709-1746) и астроном Л. Делиль де ла Кройер. Крашенинников, поступив в распоряжение Стеллера, сдал ему книги и прочие казенные вещи, передал материалы обсервации, дневники своих четырехлетних трудов и находившихся в его ведении служилых людей. Зимой 1740 года Крашенинников совершил последнюю поездку по полуострову. 10 (22) декабря исследователь добрался до Верхне-Камчатского острога. В дороге он наблюдал землетрясение — "точно от сильного ветра зашумел лес, земля затряслась, горы заколебались, лавины снега покатились в долины". Крашенинников, как и все его спутники, вынужден был схватиться за дерево, чтобы не упасть. Прожив здесь до 4 (15) февраля 1741 года и собрав важнейшие сведения, Крашенинников отправился в обратный путь и 8 (19) марта прибыл в Большерецк. Этой последней поездкой заканчивается научная работа студента Степана Крашенинникова на Камчатке. Ему пришлось еще дважды пересечь Камчатку в сопровождении Стеллера, направляясь в Авачинскую бухту, переименованную уже в гавань "святых апостолов Петра и Павла".

28 мая (9 июня) 1741 года Крашенинников покинул Камчатку и отправился на судне в Охотск. Два месяца заняло путешествие от Камчатки до Якутска. Степан Петрович прожил в Якутске месяц. Там он женился и в Иркутск выехал с молодой женой Степанидой Ивановной. Прожив полгода в Иркутске, получив денежное жалованье для Кройера и Стеллера, Крашенинников с грузом закупленного продовольствия и другими материалами 26 мая (5 июня) 1742 года вернулся в Якутск. Сдав Якутской воеводской канцелярии груз, деньги, которые затем должны были "за конвоем" отослать на Камчатку, Крашенинников 4 (15) июля выехал обратно. Снова далекий путь по Лене, из Иркутска вниз по Ангаре на Енисей, а оттуда на Обь. 23 сентября (3 октября) 1742 года ученый прибыл в Тобольск. Только на Урале ему удалось нагнать "академическую свиту" Миллера и его сотрудников. Вместе с ними в феврале 1743 года, почти через десять лет, студент академии Степан Крашенинников вернулся в Петербург. В его журнале есть подсчеты путей и дорог: по сибирским и камчатским землям он прошел 25 773 версты.

Всего на полуострове Крашенинников пробыл четыре года (1737-1741), практически не получая денежного жалованья. Работая один, он собрал уникальный материал об этом не изученном тогда районе России, его растительном и животном мире, природных условиях, полезных ископаемых, жизни и языке коренного населения — курильцев, ительменов, коряков, истории завоевания и заселения Камчатки. Учёный описал четыре восточных полуострова Камчатки — Шипунский, Кроноцкий, Камчатский и Озерной — образуемые ими заливы, так же несколько бухт, в том числе Авачинскую. Он проследил течение крупных рек, прежде всего р. Камчатки (758 км), охарактеризовал ряд озер, включая Нерпичье и Кроноцкое. Исследовал почти все вулканы Камчатки — Авачинскую, Корякскую, Кроноцкую, Толбачинскую и величайший действующий вулкан Евразии — Ключевскую сопку (4688 м). Весной 1738 г. учёный открыл и первым описал полуметровые бьющие гейзеры. Вторую группу гейзеров, выбрасывающих воду до 1,4 м, обнаружил в долине р. Банной (бассейн р. Быстрой). Он исследовал историю освоения Камчатки, писал о природе Курильских и Алеутских островов, привел некоторые данные о Северо-Западной Америке.

В Петербурге Крашенинникову, вместе с другими участниками экспедиции, был устроен экзамен. Академическое собрание, установив большие познания в естественной истории и принимая во внимание хорошие отчеты об исследовании Камчатки, постановило оставить Крашенинникова при Академии наук для совершенствования в науках. В Петербург он возвратился уже зрелым исследователем, но еще два года продолжал числиться студентом. В 1745 году в ответ на прошение Крашенинникова о предоставлении ему звания адъюнкта, Академическим Собранием "было решено предписать ему, чтобы он взял себе для разработки какую-то тему по естественной истории и, закончив как можно скорее, представил коллегии профессоров, чтобы они могли лучше судить о его успехах". Уже через четыре дня Крашенинников представил работу по ихтиологии и 25 июля 1745 года получил ученое звание адъюнкта натуральной истории и ботаники Академии наук. Молодой ученый стал работать в Ботаническом саду при Академии наук, а с 1747 года фактически заведовать им. Тогда же Крашенинникову было предложено приступить к разработке материалов по исследованию Камчатки. Ему была передана рукопись Стеллера, который, возвращаясь в Петербург из экспедиции Беринга, умер в Тюмени в 1745 году. 11 апреля 1750 года Степана Петровича Крашенинникова утвердили "по кафедре истории натуральной и ботаники" в звании профессора Петербургской Академии наук. Через два месяца его назначили ректором Академического университета и инспектором Академической гимназии. Возглавив учебные заведения Академии, он вел административную и педагогическую деятельность: читал лекции студентам, а гимназистов "упражнял в переводах с латинского и греческого". За годы работы в Академии наук Крашенинников сблизился и подружился с М.В. Ломоносовым. В течение нескольких лет Степан Петрович обрабатывал материалы своих исследований и готовил рукопись. Одновременно с этим в 1749-1752 годах он изучал флору Петербургской губернии. Результаты этой работы вышли в труде Крашенинникова "Флора Ингрии", на латинском языке ("Flora ingrica", СПб., 1761).

В 1752 г. книга путешественника "Описание Земли Камчатки" поступила в типографию. Печатание книги было закончено в феврале 1755 года, но книга вышла в свет уже после смерти автора, в 1756 году, т.к. только к этому времени сумели отпечатать карты. Этот труд, равного которому нет в мировой географической литературе XVIII века, вошел в сокровищницу русской культуры и науки, был переведен на немецкий, английский, французский и голландский языки. Долгое время это двухтомное сочинение было не только энциклопедией края, но и единственным трудом о Камчатке в европейской литературе. Содержащее интересный и познавательный материал, написанное прекрасным языком "Описание земли Камчатки" неизменно пользовалось популярностью у широких кругов читателей. Наряду с произведениями М.В. Ломоносова, А.П. Сумарокова, Г.Р. Державина, оно послужило источником для составления "Словаря Академии Российской". Сразу после выхода в свет этот труд стал хорошо известен не только в России, но и в Западной Европе.

Напряженный труд и вечная нужда рано подорвали здоровье ученого. 25 февраля (8 марта) 1755 года в Петербурге Степан Петрович Крашенинников скоропостижно скончался. Он был похоронен на кладбище Благовещенской церкви на Васильевском острове. При строительных работах, проходивших в 1955 году на месте упраздненного в XVIII веке кладбища, случайно была найдена часть надгробной плиты Крашенинникова. В 1988 году его прах перезахоронен на Лазаревском кладбище Александро-Невской лавры (Некрополь XVIII века).

Именем Крашенинникова названы: остров у юго-восточной оконечности Камчатки, мыс на острове Карагинском и гора на Камчатке у озера Кроноцкого на восточном побережье полуострова. В 1986 г. его имя было присвоено Камчатской областной библиотеке.

 

31.

Исаак Ньютон (1643-1727) — английский математик, механик, астроном и физик, создатель классической механики, член (1672) и президент (с 1703) Лондонского королевского общества. Один из основоположников современной физики, сформулировал основные законы механики и был фактическим создателем единой физической программы описания всех физических явлений на базе механики, открыл закон всемирного тяготения, объяснил движение планет вокруг Солнца и Луны вокруг Земли, а также приливы в океанах, заложил основы механики сплошных сред, акустики и физической оптики. Фундаментальные труды «Математические начала натуральной философии» (1687) и «Оптика» (1704). Ньютон разработал (независимо от Готфрида Лейбница) дифференциальное и интегральное исчисления. Открыл дисперсию света, хроматическую аберрацию, исследовал интерференцию и дифракцию, развивал корпускулярную теорию света, высказал гипотезу, сочетавшую корпускулярные и волновые представления. Построил зеркальный телескоп. Исаак Ньютон сформулировал основные законы классической механики. Открыл закон всемирного тяготения, дал теорию движения небесных тел, создав основы небесной механики. Пространство и время считал абсолютными. Работы Ньютона намного опередили общий научный уровень его времени, были малопонятны современникам.

Исаак Ньютон и завершение научной революции

Природа этой силы была открыта Исааком Ньютоном, которому и удалось завершить коперниковскую революцию в науке. Он доказал существование тяготения как универсальной силы – силы, которая одновременно заставляла камни падать на Землю и была причиной замкнутых орбит, по которым планеты вращались вокруг Солнца. Ньютон в 1666 г. установил, что планеты удерживаются на устойчивых орбитах с соответственными скоростями (как об этом говорит третий закон Кеплера) потому, что их притягивает к Солнцу сила, обратно пропорциональная квадрату расстояния до Солнца. Этому же закону подчинялись и тела, падавшие на Землю. Ньютон математическим путем вывел на основании этого закона эллиптическую форму планетных орбит и перемену их скоростей. Законы движения планет предстали как следствия закона всемирного тяготения. Было написано в 1687 г. в книге «Математические начала натуральной философии». Эта теория до начала XX века была основой физического познания, ядром классической научной картины мира Нового времени.

 

Открытие. Понятия и признаки

Особую роль в развитии научно-технического прогресса, который может рассматриваться как последовательное познание сил природы (открытия) и использование познанного наукой (изобретения), играют фундаментальные исследования. Они не только дают новые знания об окружающем нас материальном мире, но и являются основой для создания принципиально новых средств воздействия на природу. Наиболее значимым результатом фундаментальных исследований являются научные открытия. Термин "открытие" является достаточно многозначным, поскольку используется в специальной литературе для обозначения различных по содержанию и объему понятий. Госкомизобретений СССР позволяет выделить следующие основные признаки научного открытия. Решение задачи познания. Открытия расширяют и углубляют познание материального мира, приводят к новым знаниям об объективной действительности. В состав этих знаний входит прежде всего знание о том, что данный объект (закономерность, свойство, явление) существует.

Научное достижение обычно считается открытием, если оно связано с выдвижением новых представлений и идей, не являющихся простым логическим выводом из известных научных положений.

В эмпирических исследованиях яркими примерами достижений такого рода может служить открытие электрического тока (Гальвани, 1789), открытие радиоактивности (Беккерель, 1829), открытие структуры молекулы ДНК (Уотсон и Крик, 1953) и т. п.

На теоретическом уровне принципиально новые представления и идеи, как правило, появляются при построении новых теорий и выступают в качестве их исходных принципов. Таковы принцип интерференции в оптике (Юнг, 1801), принцип естественного отбора (Дарвин, 1859), идея существования квантов (Планк, 1900), принцип относительности (Эйнштейн, 1905).

Как открываются новые явления? Почти всегда при открытии нового явления дело не обходится без случайности, которая в большей или меньшей мере помогает исследователю. Химик Э. Бенедиктус в 1903 г. случайно уронил на пол стеклянную бутылку. И удивился: бутылка хотя и покрылась сетью трещин, но не разлетелась на куски — этому помешала плёнка на внутренней поверхности, оставшаяся от высохшего содержимого. Это привело его к созданию небьющегося стекла

 

33.

Период XVI— XVII веков рассматриваю как время фундаментальнейших революционных трансформаций в истории научной мысли.

А.Койре выступает против попыток преуменьшить или даже просто отрицать оригинальность и революционный характер мышления Г.Галилея. Он утверждает, что кажущаяся непрерывность в развитии средневековой и современной физики, непрерывность, так упорно подчеркиваемая П.Дюгемом, лишь иллюзия.

А.Койре так представляет суть этой научной революции: прежде всего она привела, во-первых, к разрушению космоса, во-вторых, к геометризации пространства.

— До революции космос воспринимался как вполне завершенный и упорядоченный, как мир, в котором пространственная структура воплощала иерархию ценностей и степеней совершенства, в котором «над» Землей, тяжелой и непроницаемой, «возвышаются» небесные сферы невесомых светил.

Этот мир был заменен бесконечной Вселенной, не заключающей в себе больше уже никакой естественной иерархии и объединенной только идентичностью законов.

— Вторая черта революции, геометризация пространства, очень тесно связана с первой.

Аристотелевское представление о пространстве как дифференцированной совокупности внутрипространственных мест было заменено на геометрическое, эвклидово представление о пространстве как о гомогенной и бесконечной протяженности.

Все это, в свою очередь, привело, пишет А.Койре, к отказу научной мысли от всех соображений, основанных на понятиях ценности, совершенства, гармонии, чувства и цели, и, наконец, к полному обесценению Бога, к полному разрыву между миром ценностей и миром фактов.

Революция — не абсолютное начало, революция — это переход от одной научной теории к другой, от старой истины — к новой. В ходе научной революции изменяется не только скорость, но само направление развития науки.

При разработке теории научных революций исследователь сталкивается с фактом, что каким бы революционным и творческим ни был процесс возникновения нового знания в ходе научной революции, включенное в общую систему, это знание должно быть доказано. Обычно научные революции понимались как убыстренное эволюционное развитие, как такие периоды в развитии естествознания, когда в короткий промежуток времени совершается особенно много крупных открытий. В рамках науки как таковой любая феноменологически видимая революция может быть сведена к более ранним высказываниям, достижениям предыдущих поколений ученых, истинам предшествующих эпох.

Научная революция как определитель хода последующего развития науки

Предполагается, что новая теория, возникшая в ходе научной революции, отличается от старой самым фундаментальным, принципиальным образом, а это означает переход к существенно иному типу деятельности. После революции развитие науки начинается, так сказать, заново. Но если теория, или парадигма, или научно-исследовательская программа возникают сразу как целое, в своей завершенной и совершенной форме, как модель и инструмент деятельности в послереволюционный период, тогда от ученого в период после революции не требуется сколько-нибудь существенной доработки новой теории (парадигмы, научно-исследовательской программы) — она и так совершенна, речь может идти только о шлифовке деталей путем успешного решения проблем, законных в ее рамках. Наука развивается, постоянно оглядываясь назад, движется вперед.

Деятельность в ходе научных революций — экстраординарная, работа же ученых в послереволюционный период — ординарная, нормальная, именно она позволяет отличать науку от других сфер духовной деятельности.

Очень важным признаком прогрессивного развития программы И.Лакатос считает способность программы предсказывать эмпирические факты (в том числе и те, которые могут вызвать аномалию). Когда программа начинает объяснять факты задним числом, это означает начало ее регрессивного развития, мощь программы начинает иссякать.

Даже самые прогрессивные исследовательские программы могут объяснять свои контрпримеры, или аномалии, только постепенно. Работа теоретика определяется долгосрочной программой исследований, которая предсказывает и возможные опровержения самой программы. Развитие, совершенствование программы в послереволюционный период являются необходимым условием научного прогресса.

Поскольку в ходе революции создается лишь первоначальный проект новой научно-исследовательской программы, то работа по ее окончательному созданию распределяется на весь послереволюционный период.

Если обратиться к истории науки, то подлинно глобальными, фундаментальными можно назвать лишь две революции: революцию XVII в., и научно-техническую революцию XX в.

— Революция XVII в. как бы смоделировала развитие естествознания через научные революции на последующие два века. Вплоть до начала XX в. все изменения в естествознании совершенствовали, усложняли, корректировали научное знание. Новые достижения в отдельных отраслях не столько опровергали прошлое, сколько встраивались в общий дедуктивный ряд, не изменяя исходных аксиоматических начал науки нового времени. Только в начале XX в. совершается очередная действительно фундаментальная революция с пересмотром исходных идеализации пространства, времени, движения в контексте создания теории относительности и разработки квантовой механики. К середине века революция пошла вширь, стала развиваться экстенсивно в сторону непосредственного использования научных результатов в технике и промышленности. Понятие научной революции, выталкиваемое постоянно из философских, исторических, социологических концепций, незримо присутствовало в них как выражающее основную движущую силу научного прогресса. Как и подобает «силе», она не анализировалась логически, ее природа не выяснялась. Но вот она была вытащена на свет и ее попытались разложить на части (кризисная ситуация, возникновение аномалий, конкуренция старой и новой теорий и т.д.), каждая из которых подверглась изучению, анализу, интерпретации, была испытана на логическую противоречивость и рационалистическую значимость. И стало ясно, что понятие научной революции сработало в направлении упразднения исходных предпосылок концепций развития науки, в которых как нечто само собой разумеющееся предполагалась неизбежность разрушения старого знания в ходе научной революции, замены его новым и на его базе перестройки всей прошлой истории.

дифференциация — выделение какой то науки из прародителя например ядерная физика это узкая часть физики, возникновение отдельных отраслей научного значения

интеграция-внедрение соединение например применение математики в экономике, процесс сближения и связи наук, обусловленный возникновением сложных научных проблем.

Научная школа — группа учёных или коллектив исследователей, выполняющая в долгосрочном периоде под руководством лидера определенную научно-исследовательскую программу, решающую четко сформулированную научную задачу или комплекс задач. Несколько научных школ могут решать одинаковые научные задачи, однако могут различаться в подходах к их решению. Научные школы, как правило, формируются на базе (внутри) институциональных единиц — академических кафедр или отделов научно-исследовательских организаций, а главами школ выступают профессора, руководители данных институтов.

 

34.

Возникновение естествознания. Так что существование человечества историческое, т.е. эволюционировало от простых состояний к более сложным и усовершенствованных, то и наука прошла такой же путь эволюции.

Существует несколько точек зрения о времени возникновения науки:

как доведельний вид знания, отличный от мифологического мышления, наука возникла в Древней Греции в V веке до н.е. наука возникла в период поздней средневековой культуры, когда было распознано большое значение исследовательского знания в творчестве таких деятелей церкви в Англии, как Р. Гросетст, Роджер Бэкон. Самая распространенная точка зрения, что наука возникла в XVI — XVII веках, когда появились работы Иоганна Кеплера, Христиана Гюйгенса, Галилея, Исаака Ньютона и других ученых. Признаками науки выступают:

построение математических моделей объектов,

эмпирические результаты исследовательского уровня.

К этой эпохе относятся и возникновения Королевского общества, Парижской академии наук.

С другой точки зрения время возникновения науки — конец первой трети XIX века, когда произошло совмещение исследовательской деятельности и высшего образования, объединенных на основе дослиднонауковои программы. Создатели науки Вильгельм Гумбольдт, Юстус Либих.

Немецкий философ Карл Ясперс говорит о 2 этапы становления науки:

Становление логической и методической науки в Греции и параллельно задатки научного познания мира в Китае и Индии.

Возникновение современной науки, вырастает с конца средневековья, решительно утверждается с XVIII веке, разворачивается во всю свою ширину с XIX века.

Именно в XVII веке произошло то, что позволило говорить о научной революции, радикальное изменение основных компонентов содержательной структуры науки, образования новых принципов познания, категорий, методов. Социальным стимулом развития естествознания стало растущее капиталистическое производство. Греческая наука была умозрительным исследованием, мало связанным с практическими задачами. Этого Древняя Греция не нуждалась, поскольку все тяжелые работы выполняли рабы. Ориентация на практику считалась ненужной и даже неприличным. Только в XVII веке наука стала рассматриваться как способ увеличения благосостояния населения и обеспечения хозяйствования человека над природой. Фрэнсис Бэкон пропагандував эксперимент как главный метод научного исследования.

Подготовительные периоды к изучению естествознания

До того, как начать изучать естествознание как отдельную науку, человечество должно пройти некоторые подготовительные (исторические) периоды к систематическому изучению естествознания. Различают 5 основных подготовительных периодов:

Натурфилософский период, период зарождения будущего естествознания (характерное для древнего мира). Законченного деления на дисциплины не существовало, создаваемые концепции носили в большинстве свитоспостережний характер, но решающего критерия истинности эксперименту не отводилась. Верные наблюдения и гениальные догадки сосуществовали с ошибочными построениями.

Развитие механистического и метафизического естествознания. Классический период развития естествознания. Он берет свое начало с исследовательских работ Галилея. Характеризуется разделением наук на традиционные области и даже немного гиперболизированной ролью эксперимента в их развитии (понять значит измерить). Опыт рассматривается не только как критерий истинности, но и как основной инструмент познания. Вера в истинность экспериментально добытых результатов столь велика, что их начинают распространять на новые области и проблемы, где такой проверки ранее не велось. Механика стала наукой с того момента, когда были открыты законы механического движения

проникновением диалектики в естествознание.

"Новейшая революция": В середине 90-х годов XIX века началась новейшая революция в естествознании, главным образом в физике, а также химии и биологии. В 1913 — 1921 годах на основе общих представлений о ядро, электроны и кванты Нильс Бор создает модель атома, разработка которой ведется в соответствии с периодической системой Д. И. Менделеева. Это сопровождается крахом прошлых представлений о материи, ее свойствах и строении, формы движения, типы закономерностей, о пространстве и времени. Это привело к кризису в физике и всего естествознания.

С середины 20-х годов XX века, в связи с созданием квантовой механики и сочетанием ее с теорией относительности в общую квантово-релятивистську концепцию, происходит следующий бурное развитие естествознания и продолжается коренная ломка старых понятий, главным образом понятий, связанных со старой картиной мира.

Овладение атомной энергией начинается с открытия ядра в 1930 году и последующих исследований, с которыми связано зарождение электронно-вычислительной техники и кибернетики.

Сейчас в естествознании лидируют наряду с физикой, биология, химия, а также науки, смежные с естествознанием, такие как космонавтика и кибернетика. Современное естествознание характеризуется резким, лавинообразным накоплением нового фактического материала и возникновением новых дисциплин в пределах традиционных. Резкое подорожание науки, особенно экспериментальной. Как следствие роли теоретических исследований, направляющих работу исследователей в области, где нахождение новых явлений более возможно. Роль эксперимента, как критерия истинности знания и как основной инструмент познания. Современное естествознание утратило присущую классическому естествознанию простоту и понятность. Это произошло главным образом потому, что интересы современных исследователей из традиционных для классической науки областей переместились туда, где обычный "житейский" опыт и знания об объектах и ​​явлениях, с ними происходят, в большинстве случаев отсутствуют.

Закономерности и особенности развития естествознания

Некоторые важнейшие закономерности, определяющие собой общий характер естественных наук следующие:

Обусловленность практикой, потребностями техники, промышленного производства, уровню сельского хозяйства и медицины. Относительная самостоятельность развития естествознания, в результате чего оно удовлетворяет требования техники производства, шагая своим собственным путем исследования природы, обозначается внутренней логикой научного познания. Постепенность развития естествознания по очередности периодов относительно спокойного, эволюционного развития и бурной, революционной ломки его теоретических основ, системы его понятий, принципов и представлений, а вместе с тем и всей картины мира. Эволюционное развитие всего естествознания и отдельных его частей происходит во время постепенного накопления новых фактов, теоретических концепций, в связи с чем происходит истончение и доработка уже принятых ранее теорий, понятий и принципов. Революция происходит тогда, когда начинается коренная ломка и перестройка в самой основе ранее установленных мировоззрений, перестройка фундаментальных положений, законов, принципов естествознания в результате новых открытий, экспериментальных данных и т.д..

Взаимодействие наук, взаимосвязанность всех составных частей естествознания, в результате чего предмет одной естественные науки может и должен быть исследован методами и приемами других наук. Противоречия развития. Нередко наличие раскола точек зрения на неприемливи, несовместимые, казалось бы, находятся в постоянной борьбе, взглядов приводит к прогрессу научного познания. Повторность. Свобода критики. Беспрепятственное рассмотрение спорных и неясных вопросов науки, открытое и свободное столкновение различных мнений, возможность защищать свои интересы, находить новые аргументы.

35.

Будучи католическим монахом, Джордано Бруно развивал неоплатонизм в духе возрожденческого натурализма, пытался дать в этом ключе философскую интерпретацию учения Коперника. Бруно высказывал ряд догадок, опередивших эпоху и обоснованных лишь последующими астрономическими открытиями: о том, что звёзды — это далёкие солнца, о существовании неизвестных в его время планет в пределах нашей Солнечной системы, о том, что во Вселенной существует бесчисленное количество тел, подобных нашему Солнцу. Бруно не первый задумывался о множественности миров и бесконечности Вселенной: до него такие идеи выдвигались античными атомистами, эпикурейцами, Николаем Кузанским. Был осуждён католической церковью как еретик и приговорён светским судом Рима к смертной казни через сожжение. В 1889 году, спустя почти три столетия, на месте казни Джордано Бруно был воздвигнут памятник в его честь.

Космологические вопросы затрагивались во многих сочинениях Джордано Бруно, наиболее полно в диалогах Пир на пепле (1584) и О бесконечном, Вселенной и мирах (1584) и поэме О безмерном и неисчислимых (1591). Ряд положений космологии и натурфилософии Бруно имеет новаторский и даже революционный для своего времени характер, в значительной мере предвосхитившие многие положения космологии Нового времени: представление о бесконечности Вселенной и числа миров в ней, отождествление звёзд с далёкими солнцами, представление о материальном единстве мироздания. Большое значение для развития науки имеет его пропаганда гелиоцентризма.

Представление о существовании центра мира; Конечность мира, выражаемая в виде представления о существовании границы материального мира, обычно совпадавшей со «сферой неподвижных звёзд» или её внутренней поверхностью;

Представление о существовании небесных сфер, переносящих небесные светила; Противопоставление «земного» и «небесного»;

Мнение о том, что мир существует в единственном экземпляре.

Основной заслугой Джордано Бруно в космологии является создание новой картины мира, в которой осуществлён отказ от каждого из этих положений. В унаследованной от греков геоцентрической системе мира (в том числе учении Аристотеля и планетной теории Птолемея), а также в гео-гелиоцентрической системе мира Тихо Браге центральным телом во Вселенной является Земля, в гелиоцентрической системе мира Аристарха Самосского и Николая Коперника — Солнце. Кроме того, эти тела (в гелиоцентрической системе также сфера неподвижных звёзд) играли роль абсолютно неподвижного тела отсчёта, относительно которого отмеряются все движения небесных тел. Эти представления оспаривались некоторыми мыслителями. В первую очередь, это античные атомисты (Левкипп, Демокрит, Эпикур, Лукреций), считавшие Землю центром только нашего мира, но не всей бесконечной Вселенной, в которой существует бесконечное множество других миров. Однако эти воззрения не пережили позднюю античность и не распространялись в Средние века. В Эпоху Возрождения Николай Кузанский полагал, что у Вселенной нет центрального тела, все тела принимают участие в космическом движении; неподвижной точки, являющейся геометрическим центром мира, также не существует, поскольку небесные сферы не являются абсолютно круглыми, их вращение не является равномерным, оси вращения не занимают фиксированного положения в пространстве. непосредственно наблюдаться — это сфера неподвижных звёзд[1]. Иногда добавлялась ещё одна сфера, отвечающая за прецессию. Предметом споров был вопрос о том, что находится за пределами мира: перипатетики вслед за Аристотелем полагали, что вне мира нет ничего (ни материи, ни пространства), стоики считали, что там находится бесконечное пустое пространство, атомисты полагали, что за пределами нашего мира находятся другие миры. Древнегреческий астроном Гемин (I век до н. э.) обнародовал мнение о том, что расстояния от звёзд до Земли различны. Двумя мыслителями, оказавшими наибольшее влияние на космологическую доктрину Джордано Бруно, были философ Николай Кузанский и астроном Николай Коперник. Как говорил Бруно, «В этих двух головах заключалось больше понимания, чем в Аристотеле и всех перипатетиках, вместе взятых со всеми их размышлениями о природе»[31]. Разработанная Коперником гелиоцентрическая система мира является астрономическим фундаментом космологии Джордано Бруно. По-видимому, Бруно пришёл к мысли о возможности движения Земли ещё в юности, в результате изучения античных авторов, упоминавших о такой возможности. Он разработал собственную «теорию», согласно которой Солнце обращается вокруг Земли в плоскости экватора, при этом Земля совершает суточное вращение вокруг своей оси и одновременно годичные колебания вдоль той же оси. В геоцентрической системе отсчёта сложение этого колебания с движением Солнца по экватору приводит к видимому движению Солнца по эклиптике[32]. Недостатком этой теории Бруно считал то, что она не объясняет предварение равноденствий. Ознакомившись позднее с книгой Коперника О вращении небесных сфер, он стал ревностным пропагандистом гелиоцентризма. Его диалог Пир на пепле является одним из первых печатных трудов, посвящённым пропаганде и осмыслению новой системы мира. Он резко критиковал тех философов и астрономов, которые считали гелиоцентрическую теорию не более чем удобным средством для вычисления координат планет, не отражающим физической реальности. Это не мешало Бруно критиковать Коперника за то, что тот «знал математику более, чем природу»[34]: по мнению Бруно, Коперник недостаточно продумал физические последствия своей теории. В частности, Коперник по прежнему считал звёзды находящимися на одной, причём материальной, сфере, в чём в гелиоцентрической системе не было необходимости. Далее, Ноланец был убеждён, что эпициклы и деференты, применяемые Коперником (как и другими астрономами) с целью моделирования неравномерности планетных движений, представляют собой не что иное, как искусственные математические конструкции, не имеющие место в реальности. Кроме того, Бруно считал неверным постулируемую Коперником абсолютную неподвижность Солнца. По мнению Джордано, Солнце может вращаться вокруг своей оси. В работе О безмерном и неисчислимых он предположил, что Солнце совершает также поступательное движение: и Земля, и Солнце движутся вокруг центра планетной системы, причём Земля — в плоскости экватора (а не эклиптики), а Солнце — по наклонному кругу. Сложение этих двух движений даёт в геоцентрической системе отсчёта видимое движение Солнца по эклиптике[36]. Будучи достаточно слабым в геометрии, Бруно не занимался математическим развитием этой модели.

В многочисленных спорах Бруно приходилось опровергать доводы против движения Земли, выдвигавшиеся учёными того времени. Часть из них носит сугубо физический характер. Так, стандартный довод сторонников неподвижности Земли заключался в том, что на вращающейся Земле камень, падающий с высокой башни, не сможет упасть к её основанию, быстрое движение Земли оставило бы его далеко позади — на западе. В ответ Бруно в диалоге Пир на пепле приводит пример с движением корабля: если бы приведённая логика, характерная для сторонников Аристотеля, была верна.

В средневековой космологии в качестве основного аргумента в пользу конечности мира использовался довод «от обратного», принадлежащий ещё Аристотелю: если бы Вселенная была бесконечной, то суточное вращение небосвода происходило бы с бесконечной скоростью. Джордано Бруно опроверг этот тезис обращением к гелиоцентрической системе, в которой вращение небосвода является лишь отражением вращения Земли вокруг оси; следовательно, ничто не препятствует считать Вселенную бесконечной:

Небо, следовательно, едино, безмерное пространство, лоно которого содержит всё, эфирная область, в которой все пробегает и движется. В нём — бесчисленные звёзды, созвездия, шары, солнца и земли, чувственно воспринимаемые; разумом мы заключаем о бесконечном количестве других. Безмерная, бесконечная Вселенная составлена из этого пространства и тел, заключающихся в нём… Существуют бесконечное поле и обширное пространство, которое охватывает всё и проникает во всё. В нём существуют бесчисленные тела, подобные нашему, из которых ни одно не находится в большей степени в центре вселенной, чем другое, ибо Вселенная бесконечна, и поэтому она не имеет ни центра, ни края[44].

В диалоге О бесконечности, Вселенной и мирах Бруно дополняет астрономические доводы в пользу бесконечности восходящими к античности метафизическими аргументами, хотя и в своеобразной теологической оболочке.

Первый из них — это принцип полноты: из бесконечного всемогущества бога вытекает, что сотворённая им Вселенная также бесконечна. Вторым аргументом у Бруно выступает принцип изономии (принципа отсутствия достаточного основания), также в теологической версии: у бога не было основания сотворить миры в одном месте и не сотворить их в другом. В данном случае также используется бесконечность как артибут бога, но не столько в виде его бесконечного всемогущества, сколько в виде его бесконечной благости: поскольку божественная благость бесконечна, количество миров также бесконечно. По мнению Бруно, бог не только мог сотворить бесконечный мир, но и обязан был сделать это — поскольку это ещё более увеличит его величие, ведь Вселенная, по его мнению, является «зеркалом бога». Приводится также и другой аргумент античных сторонников бесконечности Вселенной: аргумент Архита Тарентского о человеке, вытягивающем руку или палку на краю Вселенной. Допущение о невозможности этого кажется Бруно нелепым, следовательно, Вселенная не имеет границ, то есть бесконечна.

Дополнительная аргументация в пользу бесконечности Вселенной приведена в диалоге О причине, начале и едином, посвящённом, главным образом, различным метафизическим вопросам. Бруно утверждает, что внутри материи имеется некое движущее начало, которое он называет «внутренним художником» или Мировой душой; это внутреннее начало способствует тому, что единая материя приобретает те или иные виды, выражается в разных формах. При этом Вселенная практически (хотя и не до конца) отождествляется с богом. Таким образом, по мнению Бруно, вне мира, материи, Вселенной ничего нет; её ничто не ограничивает, в том числе в геометрическом плане. Следовательно, Вселенная бесконечна:

Итак, Вселенная едина, бесконечна, неподвижна… Она никоим образом не может быть охвачена и поэтому неисчислима и беспредельна, а тем самым бесконечна и безгранична и, следовательно, неподвижна. Она не движется в пространстве, ибо ничего не имеет вне себя, куда бы могла переместиться, ввиду того, что она является всем. Она не рождается, ибо нет другого бытия, которого она могла бы желать и ожидать, так как она обладает всем бытием. Она не уничтожается, ибо нет другой вещи, в которую она могла бы превратиться, так как она является всякой вещью. Она не может уменьшиться или увеличиться, так как она бесконечна.

Судьба Джордано Бруно,— суд инквизиции и смерть на костре 17 февраля 1600 года,— давала многим историкам основание считать его «мучеником науки». Причины осуждения Джордано Бруно с достоверностью неизвестны. В тексте приговора сказано, что ему инкриминируется восемь еретических положений, однако сами эти положения (за исключением отрицания им догмата евхаристии) не приведены.

Во время венецианской фазы суда над Бруно (1592—1593) космологические вопросы практически не затрагивались, инквизиция ограничивалась антихристианскими заявлениями мыслителя, от которых он в конечном итоге отрёкся. Религиозные взгляды Бруно интересовали следствие и на римской стадии процесса (1593—1599). В вину Бруно ставилась также его критика порядков в католической церкви и связь с протестантскими монархами, а также натурфилософские и метафизические взгляды Бруно (пантеизм, гилозоизм). Всё это позволяет современным историкам сделать вывод, что Бруно нельзя однозначно считать «мучеником науки»[50][51].

36 Кеплер – создатель классической астрономии. Открытие законов движения планет

Иоганн Кеплер, ученый, открывший законы планетарного движения, родился в 1571 году в городе Вайль в Германии. Кеплер учился в университете в городе Тюбинген, получил степень бакалавра, а три года спустя — степень магистра. Большинство ученых того времени отказывались принимать гелиоцентрическую систему Коперника. В Тюбингене Кеплер услышал логически изложенную гелиоцентрическую теорию и вскоре поверил в нее.

Покинув Тюбинген, он несколько лет преподавал как профессор. написал свою первую работу по астрономии (1596). Хотя теория, выдвинутая Кеплером в этой книге, оказалась совершенно неправильной, работа так явно выявила математические способности и оригинальность мышления автора, что великий астроном Тихо Браге пригласил его стать своим ассистентом в обсерватории под Прагой. Кеплер принял предложение и в январе 1600 года присоединился к Тихо. Браге умер на следующий год, но Кеплер за месяцы совместной с астрономом работы произвел такое хорошее впечатление, что император Рудольф II назначил его преемником Тихо, придворным математиком. Кеплер занимал этот пост всю оставшуюся жизнь. Как преемник Тихо Браге, он унаследовал огромное количество записей тщательных наблюдений за планетами, сделанных астрономом за многие годы. Поскольку Тихо был последним великим астрономом перед изобретением телескопа, а также самым аккуратным наблюдателем, каких видел мир, эти записи не имели цены. Кеплер верил, что тщательный математический анализ записей Тихо позволит ему окончательно заключить, какая теория планетарного движения верна: гелиоцентрическая система Коперника, более старая геоцентрическая теория Птолемея или, возможно, третья теория, разработанная самим Тихо. Однако после нескольких лет мучительных расчетов к своему смущению Кеплер обнаружил, что наблюдения Тихо не соответствуют ни одной из этих теорий! В конце концов он понял, в чем заключалась проблема: как Тихо Браге, как Коперник и как все классические астрономы, Кеплер предполагал, что планетарные орбиты состоят из кругов или комбинаций кругов. А на самом деле они не круглые, а скорее эллиптические.

Даже после нахождения этого базового решения Кеплер вынужден был провести много месяцев в сложных и утомительых расчетах, чтобы убедиться, что его теория соответствует наблюдениям Тихо. Его великая книга «Новая астрономия», изданная в 1609 году, содержала два первых закона планетарного движения. Первый закон утверждает, что каждая планета движется вокруг Солнца по эллиптической орбите с Солнцем в центре. Второй закон утверждает, что планета движется тем быстрее, чем ближе она находится к Солнцу. Скорость планеты меняется таким образом, что линия, соединяющая планету и Солнце, охватывает одинаковые площади за одинаковые периоды времени. Десять лет спустя Кеплер опубликовал третий закон: чем больше расстояние от планеты до Солнца, тем дольше длится ее полный оборот, и квадрат периода вращения пропорционален кубу расстояния от Солнца.

Законы Кеплера, обеспечив в основном полное и правильное описание движения планет вокруг Солнца, решили одну из основных проблем астрономии, которая поставила в тупик даже таких гениев, как Коперник и Галилей. Конечно, Кеплер не объяснил, почему планеты движутся по таким орбитам. Эту задачу позже решил Исаак Ньютон. Но законы Кеплера были фактической прелюдией к великому синтезу Ньютона. Вклад Кеплера в астрономию почти сравним с вкладом Коперника. В самом деле, в некотором смысле достижения Кеплера даже более впечатляющие. Он был более оригинален и столкнулся с огромными математическими трудностями. результаты его трудов сначала были почти проигнорированы даже таким великим ученым, как Галилей. (Пренебрежение Галилея тем более странно, что эти ученые переписывались друг с другом, и результаты трудов Кеплера помогли бы Галилею опровергнуть теорию Птолемея.) Но если другие медлили при оценке его достижения, сам Кеплер понял все сразу. В момент торжества он написал: «Я испытываю божественное чувство… Моя книга закончена. Ее прочитают и мои современники, и будущие поколения — но не это меня волнует. Она может сотни лет прождать читателя, как Бог прождал 6000 лет, пока кто-то поймет его работу». Постепенно на протяжении нескольких десятилетий значение законов Кеплера стало очевидным научному миру. Фактически в конце века главным аргументом в пользу теорий Ньютона являлось то, что из них можно было вывести законы Кеплера. И наоборот. Но даже без такой техники Кеплер оказался достаточно проницательным, чтобы предположить, что планетарные движения контролируются силами, исходящими от Солнца. Последние годы его жизни, к сожалению, были омрачены личными проблемами. Германия погрузилась в хаос Тридцатилетней войны, и редкий человек мог тогда избежать серьезных трудностей. В хаосе войны Кеплеру задолжали большую сумму. Поскольку он был дважды женат и имел двенадцать детей, такие финансовые трудности были действительно серьезными. Другая проблема касалась его матери, которую в 1620 году арестовали как ведьму. Кеплер потратил много времени и усилий, стараясь уберечь ее от пыток и освободить. В конце концов это ему удалось.

Умер Кеплер в 1630 году в Регенсбурге, Бавария. В суматохе Тридцатилетней войны его могилу вскоре разрушили. Но законы планетарного движения обеспечили ему более долговечный памятник, чем любой каменный.