Г.Е.Щуровский и его школа

А.П.Павлов и его школа.

В.И.Вернадский.

Владимир Иванович Вернадский (1863-1945) — основатель геохимии, биогеохимии, радиогеологии. В 1928 оценил первые результаты применения рентгеноструктурного анализа в минералогии. Данные рентгеноструктурного анализа привели к коренному пересмотру принятых ранее на смешанной химико-кристаллогрфической основе классификаций минералов; теперь во главу угла были поставлены общие особенности их внутренней структуры. Благодаря рентгеноструктурному и термическому анализу, а затем и применению электронного микроскопа, к 1950-м гг. уда­лось расшифровать строение наиболее трудно поддававшихся изу­чению и широко распространенных в природе глинистых минералов. Bepнaдский дал широкое определение предмета гео­химии и положил начало ее разработке. Пер­вые геохимические работы Вернадского были опубликованы в 1908-1910 …
гг., а его основной труд «Очерки геохимии» издан на Русском языке в 1934 г. Он рассматривал биосферу как сплошной «покров» из живого вещества, в котором сконцентрирована хим. энергия, родившаяся из энергии Солнца. Размножение живого вещества — определяющий фактор развития биосферы.

 

Алексей Петрович Павлов (1854-1929) один из основателей московской школы геологов,посвятил свои работы главным образом геологическому строению Поволжья. В 1884 г. получил звание приват-доцен­та и возглавил кафедру геогнозии и палеонтологии, которой в каче­стве профессора руководил с 1886 до 1929 г. В 1916 г. Павлов был избран действительным членом Академии наук. Разрабатывал вопросы стратиграфии J3 и K1 Русской равнины и Западной Европы, работы по K2 и P, по геологии Q отложений, теоретические и практические вопросы палеонтологии. Придерживался контракционной гипотезы и был одним из главных пропагандистов идей Зюсса в России. Материалы по геологическому строению Московского и Пе­чорского бассейнов, Симбирско-Саратовской впадины послужили основой для выделения в пределах континентальных областей по­логих впадин, названных им синеклизами. Эти впер­вые выявленные впадины оказались важнейшими структурными элементами платформ, и предложенный им термин «синеклиза» прочно вошел в словарь современных тектонических терминов. Работы Павлова по­ложили начало представлениям о специфике и самостоятельном значении геологических структур равнинных областей континентов. При изучении геологии Самарской Луки и Жигулей Пав­лов впервые выделил и протрассировал на расстояние более 350 км Жигулевскую дислокацию. Он определенно утверждал, что Жигулевская дислокация не связана с системой З — С-З простирания, выделенной неза­долго до этого Карпинским в теле Русской равнины, а пред­ставляет собой систему самостоятельных структур З — Ю-З простирания, близкого к простиранию альпийского пояса, и генетически связано с последним.

 

Григорий Ефимович Щуровский родился 30 января 1803 г. в очень бедной московской семье. Его мать была вынуждена отдать новорожденного сына в благородное отделение Московского воспитательного дома (так назывались тогда в России учреждения типа приютов, или нынешних детских домов). Учителями здесь по ряду предметов были лучшие профессора (или будущие профессора) Московского университета. Так, физику преподавал М.Г. Павлов, а естествознание («натуральную историю») — А.Л. Ловецкий, лекции которого впоследствии студент Щуровский слушал в университете. В 1822 г. Григория Щуровского приняли за счет опекунского совета на медицинский факультет Московского университета. В 1826 г. Щуровский успешно окончил курс медицинского факультета со званием «лекаря». Однако практическая медицина его интересовала мало, поэтому он охотно принял предложение руководства Московского университета взять на себя обязанности заведующего кафедрой «естественной истории» и лектора по курсам зоологии, ботаники и минералогии на медицинском факультете вместо профессора АХ Фишера и получил возможность сосредоточиться на научных исследованиях в области биологии.

В геологических работах 50-х и последующих годов, Щуровский оставался убежденным эволюционистом. «Вследствие: такой постепенности развития – писал он в статье «Эпоха образования Урала» — человек, как венец всего творения, должен был явиться последним». Но поражение Сент-Илера. в диспуте с Кювье сильно отразилось на судьбе Г.Е. Щуровского. Он решил уничтожить свою книгу, чтобы, предупредить всякие поводы и нападки. Во всяком случае, он изъял из магазинов все экземпляры своего произведения и предал их огню. В 1834 году Щуровский принял предложение читать курс минералогии, а в 1835 г. ему было предложено занять в качестве экстраординарного профессора вновь учрежденную кафедру минералогии и геогнозии.

Первый; этаж деятельности Щуровекосо в качестве главы этой кафедры: — с 1834 года и до начала 40-х годов — можно считать временем его вхождения в хотя и знакомую ему, но все же новую область естествознания — науку о Земле. Он поставит себе целью посетить некоторые интереснейшие в геологическом отношении и важнейшие в смысле присутствия полезных ископаемых регионы России. В качестве последних он выбрал Урал, Алтай и некоторые, смежные с этими горными сооружениями территории.

Процессы горообразования на Урале и связанные с ними деформации палеозойских комплексов, в результате которых их первоначальное горизонтальное залегание сменилось на наклонное и даже вертикальное, Щуровский, как и наиболее авторитетные современные ему русские ученые Г.П. Гельмерсен, Д.И, Соколов и др., следуя идеям корифеев западно-европейской геогнозии первой половины XIX века Л. фон Буха и А. Гумбольдта о так называемых «кратерах поднятия», рассматривал как результат воздымания и сжатия Уральского сооружения под влиянием напора и внедрения в их твердую внешнюю оболочку и частично выхода на поверхность глубинных расплавленных масс. Среди плутонических пород Урала Щуровский различал две основные группы — граниты и так называемые порфиры, к которым он относил (в соответствии с тогдашней терминологией уральских геологов) породы более основного, чем граниты, состава — диориты, змеевики и пр.

В 1844 г. Г.Е. Щуровский осуществил второе из задуманных им и более продолжительное и дальнее геологическое путешествие на Алтай. Результаты этой экспедиции он изложил в книге дневниковой формой изложения, что объясняется гораздо меньшей изученностью Алтайского региона.

В первые же годы преподавательской деятельности Г.Е. Щуровский приступил к геологическому исследованию Московской губернии и Москвы, где он проводил экскурсии со студентами. Помимо трех больших монографий он написал еще одну монографическую работу, посвященную геологии Кваказа и Закавказья. Кроме того, Щуровского весьма интересовала проблема эрратических валунов, широко распространенных в четвертичных отложениях северной половины европейской части России. Он считал неубедительной дрифтовую гипотезу Ч. Лайелля и Л. фон Буха о разносе эрратических валунов по Европейским равнинам льдинами и айсбергами, плававшими по затопившим их во время трансгрессии океана морским водам, и, напротив, склонялся к предположению об их распространении в составе моренных образований, связанных с обширными ледниковыми щитами, покрывавшими Скандинавию и примыкавшие к ней с юга территории Северной Европы.

Особое место в научном творчестве Щуровского занимает серия работ по истории геологических исследований в России. Он первым открыл незаслуженно забытые замечательные труды Ломоносова в области геологии и минералогии.

Многолетняя педагогическая деятельность профессора Г.Е. Щуровского как заведующего кафедрой минералогии и геогнозии, а затем в качестве заведующего кафедрой геогнозии и палеонтологии продолжалась 45 лет и составила целую эпоху в истории геологии и Московском университете.

Один из первых выдающихся питомцев Щуровского — немец Фридрих Карл Шмидт, который еще в 50-х годах приехал в Москву специально, чтобы слушать лекции Щуровского в Московском университете. Немного позднее, в конце 50-х — начале 60-х годов ХIХ века, среди питомцев Щуровского выдвинулся Михаил Александрович Толстопятов, который столь глубоко увлекся минералогией и кристаллографией, что получил в 1869 г руководство кафедрой минералогии. Несколько позднее Щуровский привлек к работе К.О. Милашевича, поручив ему в 1867 г. преподавание курса палеонтологии. Последним из блестящей плеяды учеников (окончившим Московский университет всего за год до его ухода в отставку в 1880 г.) был Алексей Петрович Павлов, которому судьба доверила продолжить дело Щуровского в качестве главы созданной им университетской, московской геологической школы.