Balaenotus из Монте-Аперто, Италия

 

Во второй половине девятнадцатого века в Италии были обнаружены кости ископаемого кита со следами обра­ботки острыми орудиями или инструментами. 25 ноября 1875 года профессор геологии Университета Болоньи Дж. Капеллини (G. Capellini) заявил, что следы были оставлены кремневыми орудиями, когда кость была еще свежей. Многие другие европейские ученые согласились с этим толкованием. Надрезанные кости принадлежали обитавшему в эпоху плио­цена ископаемому киту рода Balaenotus . Некоторые кости бы­ли из музейных коллекций. Другие же обнаружил сам Капеллини в плиоценовых формациях в районе Сиены, в таких местах, как Поггьяроне.

Отметины были обнаружены на внешних поверхностях ребер, т е. как раз в тех местах, где обычно остаются следы от разделки туш. У почти полного скелета …
кита, обнаруженного Капеллини, следы были только с одной стороны. «Я убежден, что животное выбросилось на песчаный берег и оказалось ле­жащим на левой стороне туловища, в то время как его правая часть стала объектом прямой атаки людей. Об этом свиде­тельствуют отметины на костях только одной стороны скеле­та кита», – отметил Капеллини. То, что отметины находились только на одной стороне скелета кита, делает несостоятель­ным любое чисто геологическое объяснение вопроса, а также то, что следы на теле кита могли быть объяснены нападением на него акул в открытом море. Более того, отметины в виде бо­роздок на костях ископаемого кита очень походят на следы, которые обычно остаются на костях при современной обработ­ке туши кита.

Профессор Капеллини сообщил участникам Международного конгресса по доисторической антропологии и архео­логии: «Поблизости от останков поггьяронского ископаемого кита (Balaenotus) мне удалось найти, среди современных бе­реговых отложений, несколько острых кремневых пластин… С помощью этих самых кремневых инструментов на свежих китовых костях я сумел сделать такие же отметины, которые были сделаны на костях ископаемого кита». Капеллини также отметил, что в той же части Италии, в Савоне (см. главу 7), бы­ли найдены фрагменты скелета древнего человека.

После доклада Капеллини на конгрессе развернулась дискуссия. Некоторые ее участники, например сэр Джон Эванс (sir John Evans), выдвинули свои возражения. Другие же, как генеральный секретарь Парижского антропологичес­кого общества Поль Брока (Paul Broca), согласился с Капелли­ни в том, что следы на костях ископаемого кита были оставле­ны людьми. В частности, Поль Брока исключил возможность того, что отметины появились в результате того, что кит был атакован акулами в открытом море. Он подчеркнул, что ха­рактер следов говорит, что они были оставлены каким-то острым предметом. В то время Пол Брока считался одним из ве­дущих специалистов в области физиологии костей.

Арман де Кятрефаж был среди тех, кто считал, что бороздки на костях ископаемого кита из Монте-Аперто (Monte Aperto) были нанесены острым кремневым инструментом, ко­торый держала рука человека. В 1884 году он писал: «Ничего не получится, если попытаться сделать точно такие же бо­роздки иным способом и при помощи каких-либо других инст­рументов. Подобные следы мог оставить только острый крем­невый инструмент, причем приложенный под определенным углом и с достаточно большой силой».

Суть вопроса была прекрасно изложена по-английски С. Лэйнгом (S. Laing), который в 1893 году писал: «Отметины представляют собой правильные кривые линии, иногда почти полукруглые; такую форму им мог придать только поворот руки человека. С наружной стороны, где давление острого лезвия инструмента было наибольшим, их поверхность имеет неизменно ровные края, тогда как с внутренней она шершавая или гладкая. Изучение следов на костях ископаемого кита под микроскопом подтверждает этот вывод и не оставляет сомне­ний в том, что они были оставлены таким инструментом, как кремневый нож, приложенный к костям под определенным углом и со значительным усилием, когда те были еще свежи­ми. Представляется, что таким образом дикари могли отры­вать куски мяса от выбросившегося на берег кита. Если попро­бовать обработать свежую кость каменным ножом, то мы будем иметь точно такие же следы. И никакой другой инструмент не сможет оставить точно такие же отметины. Таким об­разом, отрицание существования третичного человека является больше предубежден­ностью, чем здоровым науч­ным скептицизмом».

Современный ученый Бинфорд отмечает: «Довольно трудно спутать следы, кото­рые оставляет при разделке туши человек, использую­щий при этом соответствую­щие орудия, со следами, которые остаются в резуль­тате атаки хищников».

 

 

Рис. 2.1. Зуб Carcharodonmegalodon – большой белой акулы борозды, напоминающие эпохи плиоцена

 

Но зубы акулы (рис. 2.1) ос­трее зубов любых наземных млекопитающих хищников, таких, как, например, волки, и могут оставить на костях следы, оставляемые режущими инструментами. Обследовав кости ископаемых китов из палеонтологической коллекции Музея естественной истории Сан-Диего, мы пришли к выводу, что акульи зубы действи­тельно могут оставлять следы, сильно напоминающие те, ко­торые оставляют инструменты.

То, что мы увидели, было костями небольшого кита, жившего в эпоху плиоцена. Мы осмотрели отметины на костях с помощью увеличительного стекла и увидели расположен­ные параллельно ровные борозды на обеих поверхностях этих костей. Такие следы остаются от зазубренных краев акульего зуба. Мы также видели царапины на кости (рис. 2.2). Такие ца­рапины могли появиться в результате скользящего удара акульим зубом, которым скорее скоблили кость, нежели пы­тались ее разбить.

Зная все это, было бы возможно провести новое обследо­вание найденных в Италии костей ископаемого кита из плио­цена и, наконец, решить, были ли находящиеся на них отмети­ны сделаны зубами акулы. Расположенные параллельно на поверхности иско­паемых костей бо­розды могли бы почти с полной определенностью свиде­тельствовать, что кит подвергся напа­дению акул, когда был еще жив, или же он был атакован ими после смерти. И в том случае, если при внимательном об­следовании глубо­ких V-образных отметин были бы обнаружены расположенные через равные промежутки продольные борозды, это также явилось бы еще одним свидетельством, что отметины на костях ископае­мого кита были оставлены акулами. Ведь трудно предположить, что каменные лезвия могли оставить на поверхности бо­роздки, расположенные строго на равном расстоянии друг от друга.